Индустрия | Ролевых | Игр | На | Русском | Языке
ИРИНРЯ
1989 | 1990 | 1994 | 1995 | 1997 | 1998 | 1999 | 2000 | 2001 | 2002 | 2003 | 2004 | 2005 | 2006 | 2007 | 2008 | 2009 | 2010 | 2011 | 2012 | 2013 | 2014 | 2015 | 2016 | 2017 | 2018 | 2019
[] Форум ИРИНРЯ
|-[] Архив 2001 года
    |-[] Rolemancer
        |-[] Проза
Милосердие на лезвии меча
03/05/2001
Сергей Савенков
Сергей Савенков


Стиратель

1

Он шел по ночному городу. Несмотря на первый час ночи, на улицах было довольно много людей. Все куда-то спешили, смеялись и не обращали друг на друга внимания. Время было мирное, никто не вводил комендантские часы, и никто не мешал людям развлекаться в свое удовольствие. И все это было пропитано запахом разгула, азарта и денег. Нужно побывать там, чтобы понять, что такое ночной Стедвик.

Дорога Королей. Самый шикарный проспект города. Именно тут располагались самые дорогие рестораны, казино, гостиницы и бордели. Залитый оранжевым светом магических фонарей, проспект являл собой великолепное зрелище.

Высокий мужчина, одетый в черный с серебром костюм аристократического покроя, спокойно шел по той стороне Дороги, на которую выходили большинство ресторанов. Он шел свободной походкой, слегка помахивая правой рукой с зажатыми в ней черными перчатками; левая рука лежала на изящной рапире в дорогих ножнах, висевшей на его боку. На вид ему было от двадцати до сорока лет. Точнее сказать было бы затруднительно. В его лице присутствовала некая незавершенность, нечто неуловимое, что мешало рассмотреть детали, и правильно оценить возраст. Почти черные волосы человека, словно отрубленные лезвием меча на уровне плеч, были жесткими как проволока: легкий ветерок почти не раздувал их. Глаза серо-стального цвета, казалось, схватывали всю перспективу сразу, вместо того, чтобы рассматривать каждую деталь отдельно. Он был красив какой-то хищной и смертоносной красотой и обращал на себя внимание.

Человек шел по Дороге Королей, внимательно присматриваясь к вывескам ресторанов и не прислушиваясь к окликам "ночных бабочек", которых тянуло к нему как мотыльков на огонек. Наконец, он увидел нужную вывеску: "Перина Дракона", шикарный ресторан, из тех, что посещаются людьми исключительно с соответствующим положением.

Около двустворчатых дверей ресторана стоял эльф, одетый в расшитую золотистыми нитями ливрею. Это было довольно странно и необычно, ибо эльфы - народ самолюбивый, гордый и заносчивый, и, как правило, не опускаются до того чтобы открывать и закрывать перед людьми двери. Но у этого эльфа могли быть свои причины. Кроме того, эльф в качестве служащего - великолепная реклама респектабельности и процветания заведения.

Заметив приближающегося человека, эльф выдал профессиональную улыбку и вежливо поклонился.

- Добрый вечер, господин. Сожалею, но вы не сможете пройти без приглашения: сегодня в нашем ресторане приватный банкет. У вас есть приглашение?

- Разумеется. Вот. - Достав из внутреннего кармана камзола небольшой свиток, скрепленный печатью, мужчина протянул его эльфу.

Тот принял свиток, внимательно его осмотрел, и при помощи маленького ножичка, который достал из черного футляра, сковырнул печать. Быстро пробежав содержание свитка глазами, он с улыбкой посмотрел на посетителя.

- Добро пожаловать в наш ресторан, господин Демион! - С этими словами он легонько стукнул изящным молоточком по небольшому серебристому гонгу, висевшему рядом с дверью.

И в то же мгновение, словно по волшебству, двери "Перины Дракона" распахнулись, и Кейн Демион, перешагнув через порог, направился на встречу своей работе, которая ждала его за одним из столиков.


2

Быстрой походкой пройдя через первый зал, Кейн уверенно направился в глубину второго. Он знал, что нужный человек здесь и ждет. Они никогда раньше не встречались наяву, но Кейн прекрасно знал, как тот выглядит и где находится. Он уже видел лицо этого человека во сне - том самом, когда Кейн впервые почувствовал, что кому-то понадобились его услуги. Он всегда находил заказчиков во сне. Это был один из столпов его работы.

Теперь Кейн получил возможность рассмотреть этого человека в действительности. За столом сидел лысеющий мужчина лет пятидесяти, слегка полный и какой-то расплывшийся. И еще он нервничал. Он крутился на стуле, грыз наманекюренные ногти, и вообще проявлял все признаки нервозности. "Еще один параноик." - Презрительно подумал Кейн.- "Не помер бы с перепугу".

Подойдя к столику, накрытому на двух человек, он вежливо поклонился.

- Добрый вечер, герцог. Разрешите присесть? Мне так не хочется ужинать в одиночестве...

Эта фраза была своего рода паролем, по которому сидящий должен был опознать Кейна.

- О боги! Вы действительно здесь! Присаживайтесь, пожалуйста! А я уже начал думать, что мне это все приснилось: и наш разговор, и...

- Я предупреждал вас, что именно это и будет вам казаться. Вы поверили мне, пришли, и вот мы оба сидим за этим столом. Давайте перейдем сразу к делу. Из нашего с вами предыдущего общения я понял лишь то, что вы нуждаетесь в моих услугах. Я слушаю вас очень внимательно.

Герцог затравленно огляделся и уже в который раз гневно вопросил сам себя, на кой черт он это затеял. И, как всегда, не смог придумать ничего убедительного.

- Прежде чем я начну, мне хотелось бы, чтобы вы поклялись, что все, что я вам расскажу навсегда останется между нами.

- Вы не должны беспокоиться: сам я при всем желании не смогу ничего рассказать, а что касается лишних ушей, то их я беру на себя.

Сказав это, Кейн на секунду прикрыл глаза. В то же мгновение воздух вокруг столика подернулся легкой дымкой и задрожал. А в следующую секунду все вернулось на свои места, так, что герцог не смог бы с уверенностью сказать про себя, что действительно видел все это.

- Теперь можете говорить.

Наморщив лоб, и задумчиво скушав пол тарелки густого супа с креветками, герцог собирался с мыслями. Наконец, видимо сформулировав свои пожелания, он начал говорить.

- Как вы уже знаете, меня зовут лорд Карвен, герцог Эратийский. Мой род на протяжении нескольких веков был одним из самых верных вассалов короны. Мой прадед видел, как строился Грифонхарт. Благодаря таким патриотам как он, эльфы не утопили нас в собственной крови во время Первой Войны. Именно тогда и было заключено то самое шаткое перемирие, что длится до сих пор. В сущности, мы и эльфы все это время находимся в состоянии перманентной войны. Вы знаете, что в стычках на границе гибнет до двух сотен человек в год? Так больше не может продолжаться. Настали отчаянные времена, а отчаянные времена требуют отчаянных мер. Именно по этой причине я решился нанять вас. Эта никому не нужная война истощает ресурсы государства с ужасающей скоростью. Мы должны заключить с эльфами устойчивый мир или уничтожить их. Я не хочу их уничтожения. Но, как гласит древняя людская мудрость, хочешь мира - готовься к войне. И вот тут проявляется ваша роль. Вы должны стать тем самым Врагом, против которого сплотятся наши народы. Именно так, Врагом с большой буквы. Не лично вы, разумеется. Вернее, не только вы. Вы должны стать искрой, от которой вспыхнет пламя войны. Это жестоко, но необходимо. Известно, что из товарищей по несчастью со временем получаются просто товарищи. Было бы великолепно, если бы вы сыграли на нашем старом обоюдном враге - гоблинах Пограничья. Они не принадлежат к Темным Кланам Дейжи, а значит, она за них заступаться не станет. Кроме того, они и так только и делают, что грабят и вырезают наши провинции. Там это просто стихийное бедствие! Вы знаете Лорда Маркхема? Он является номинальным владельцем земли под названием Хармондейл. Так вот, постоянные атаки гоблинов на это дурацкое бельмо на его глазу и необходимость держать там постоянный гарнизон, тогда как тролли уже встречаются у него чуть ли не в прихожей, настолько утомили старика, что он всерьез подумывает о том, чтобы избавиться от этого разрушенного королевства! Вы можете себе представить? Вот. Что вы об этом думаете?

Кейн все это время сидел совершенно беззвучно.

- Мне кажется, герцог, что вы обратились не к тому к кому надо. Я - Стиратель, моя работа - уничтожение. А вам нужен Миротворец. Они занимаются всеми этими политическими дрязгами.

- Вовсе нет, почтеннейший! Вовсе нет! Мне нужны именно вы. Дело в том, что мне нужны реальные примеры того, что гоблины совсем озверели и начали вырезать деревни, гарнизоны, эльфийские лагеря... Вы понимаете, что я имею ввиду? Именно вам предстоит обеспечить достоверность моих грядущих докладов ко двору.

При этих словах Кейн улыбнулся. Его улыбка почему-то напомнила герцогу оскалившийся череп.

- Это другое дело. Миссия выполнима. Осталось обсудить еще один вопрос: мою плату.

- Ах, господин Демион! Вы не должны беспокоиться на этот счет. Если я не смогу покрыть всю сумму сейчас, я сделаю это потом! Вы когда-нибудь видели бюджет самой паршивой военной кампании? Там невероятные цифры, просто астрономические! И так уж случилось, что волею судеб именно я командую Девятым отделом, который занимается финансовой стороной всех военных операций. Уж будьте уверены, когда заварушка начнется, для меня не составит никаких трудов потратить часть этой астрономической суммы на оплату ваших трудов!

Герцог откинулся на спинку стула и быстро доел давно остывший суп.

- Очень хорошо. А когда должна начаться заварушка? Сколько у меня есть времени?

- Заварушка должна начаться примерно через два - три месяца. Мне нужно время для разгребания политических дрязг!

Герцог хрипло рассмеялся и взялся за жареную оленину с черносливом.

- Отлично. Мои условия: сто тридцать тысяч золотых. Тридцать тысяч должны быть на моем счету завтра же. Остальная сотня - через месяц после начала заварушки. Что скажете?

- Никаких проблем, уважаемый! Как я узнаю номер вашего счета? Это необходимо для перечисления.

- Как всегда, во сне. - Усмехнулся Кейн.

- Значит, по рукам! Надеюсь снова вас увидеть через месяц после начала войны. И соблюдайте условия договора. Я имею ввиду неразглашение.

- С этим проблем не будет. Я, в свою очередь, тоже хотел бы попросить вас держать язык за зубами. Потому что если вы нарушите договор, - Тут Кейн перегнулся через стол и вплотную посмотрел герцогу в глаза. - Я найду вас, где бы вы ни были, и растяну ваше умирание до конца времен. И оно будет очень болезненным.

Герцог внезапно увидел, как глаза Кейна превратились в два озера густой темноты, живой и пульсирующей. Чуть ли не теряя сознание от ужаса, он понял, что перед ним не человек, а нечто, принявшее форму человека, нечто, лишенное жалости, страха и милосердия, просто потому что эти человеческие слабости были чужды ему; и от этого понимания его сердце едва не остановилось, а по телу растекся могильный холод. Кейн, прекрасно знавший, что творилось в голове герцога, улыбнулся.

- Ну, не все так страшно! - Сказал он. - Есть один вид милосердия, который я могу себе позволить.

- В чем же он заключается? - Еле шевеля помертвевшими губами спросил герцог. Он знал ответ.

- В остроте лезвия.

Вежливо кивнув герцогу на прощание, Кейн вышел из ресторана. Увидев, что эльф в ливрее все еще стоит на дверях, Кейн кинул ему золотой. Ловко поймав его, эльф на мгновение отвлекся, а когда его взгляд снова упал на то место, где только что стоял человек, там никого не было. Пожав плечами, эльф спрятал тяжелую монету в кошелек, успев подумать, что побольше бы таких клиентов - может он тут бы и не стоял, он не заметил как лицо, голос и все что произошло в присутствии Кейна быстро и безболезненно исчезли из его памяти.


3

Кейн быстро шел по пустеющим улицам города. Люди, конечно, в любое время погулять не дураки, но между тем шел третий час ночи, а к этому времени любая гульба обычно доходит до состояния "мордой в салат". Фонари почти погасли, освещая только ближайшие к себе несколько шагов. На улицах появились бродяги, копошащиеся в кучах мусора в поисках чего-нибудь съедобного, уборщики, сгребающие эти кучи в свои мешки, и пинками провожающие протестующих бродяг. Кроме того, на улицу вышли представители местного криминального элемента. Кейн уже полчаса краем глаза следил за двумя парнями, которые тащились метрах в двадцати за ним, и явно замышляли недоброе. Решив срезать угол, он нырнул в одну из подворотен. Там было темно, единственными источниками света служили звезды, но Кейн, в силу некоторых причин, одинаково хорошо видел при любом освещении.

Через пару кварталов он резко остановился: впереди, метрах в десяти, подпирая стены соседних домов плечами, стояли три мордоворота. Здоровые, каждый - косая сажень в плечах.

Развернувшись, Кейн увидел как те два парня, что все это время его пасли, аккуратно закупоривают другой конец подворотни. Бежать было некуда. Ловушка захлопнулась.

Затравленно завертевшись, Кейн подскочил к стенке и полез наверх. Стена была гладкая, как стол, и лезть по ней было затруднительно. Трое парней впереди заржали, и рванули на перехват, по пути вытаскивая ножи. Через несколько секунд они сдернули Кейна, который к тому моменту уже успел взобраться чуть ли не на метр, со стены, и, профессионально заломив ему руки, прижали спиной к все той же стене.

- Деньги, мразь! - прорычал ему на ухо один из бугаев. - Гони монету, твое благородие, а то сделаю тебе вторую улыбку! - С этими словами он прижал к горлу Кейна лезвие довольно тупого ножа.

Второй тем временем свободной рукой сдернул с пояса жертвы рапиру и перебросил ее третьему, очевидно главарю. Это была шикарная штучка, и она была дорога Кейну как память о потраченных на нее деньгах.

Зловеще улыбнувшись Кейн начал действовать. Он был в несколько раз быстрее этих бандитов, и они изначально не имели никаких шансов. Рывком освободив руки, Кейн крутанулся на месте, и молниеносно ударил обоих парней державших его. Одному он пробил гортань. Чувствовал, как под его рукой трахея сминается, и ломаются шейные позвонки. Второй получил кулаком в основание носа. Удар шел снизу вверх, и здоровенный детина, пролетев несколько метров по воздуху, тяжело рухнул на мостовую. На месте его носа теперь была глубокая вмятина, словно от удара молотом. Обломки раздробленной чудовищным ударом лицевой кости местами проткнули кожу и торчали, словно жуткие зубы. Этот был мертв еще до того, как грохнулся на землю. А первый еще проживет некоторое время. Главарь, стоявший чуть в стороне, заметил только то, как двое его ребят, только что державшие "аристократа" разлетаются в разные стороны. Больше он ничего заметить не успел: выходя из разворота, Кейн прыгнул к нему, одновременно нанося мощный удар ногой. Завертевшись, словно волчок, и выронив рапиру, главарь отлетел к противоположной стене, где тихо сполз на землю, его голова была провернута на полтора оборота больше чем это возможно для живого человека. Подхватив рапиру, прежде чем она упала на дорогу, Кейн на секунду задержался, для того чтобы добить мелко дрожащего всем телом и харкающего кровью бандита. Затем он, в невероятном, чуть ли не десятиметровом прыжке, метнулся к двоим парням, стоявшим на входе в подворотню. Один почти успел обернуться и заметить размытый силуэт человека, стремительно несущийся к нему. В следующее мгновение Кейн был рядом, и оба умерли. С того момента, как с него сняли рапиру, прошло около пяти секунд. Свалив трупы в кучу, в самом темном месте на середине подворотни, Кейн провел над ними рукой и быстро двинулся прочь. А через несколько секунд трупы вспыхнули. Столб пламени взметнулся чуть ли не на пятиметровую высоту, огонь гудел и рычал, в подворотне поднялся ветер и стало светло как днем. Затем, пламя исчезло, так же внезапно как появилось. Там, где лежали тела, осталась только тускло светящаяся воронка в камнях мостовой. Она медленно остывала, потрескивая и исходя едким дымом.


4

Таверна "Веселый Джо" была одной из самых пристойных забегаловок торгового района. Трехэтажный, уютный домик таверны с пристроенной конюшней и задним двориком светился в темноте улицы ровным светом. Оттуда слышались вопли, смех, песни и пьяные выкрики, характерные для веселья, находящегося в самом разгаре.

Он снимал комнату на втором этаже. Для того чтобы попасть туда необходимо пройти через главный зал. Пинком открыв дверь, и едва не сорвав ее с петель, Кейн ввалился в таверну, стараясь в царившей там суете не потерять направления на лестницу. Через пять минут он все-таки добрался до цели. По пути он пять раз пил за погибель кредиторов, три раза - за их здравие, и два раза говорил тост. Вырвавшись на лестницу и переведя дух, Кейн услышал откуда-то сверху крики, звук удара, треск материи и женский визг. Быстро взбежав по лестнице и выскочив в коридор второго этажа, он стал свидетелем классической сцены: прямо к нему бежала девушка лет двадцати, прижимая к груди какую-то плоскую шкатулку и не обращая внимания на то, что ее платье вот-вот развалится на куски. За ее спиной, в дверях одной из комнат, корчился на полу мужчина лет пятидесяти, держась обеими руками за промежность. Трезво оценив ситуацию и решив, что она неблагоприятная, Кейн, переместившись чуть правее, встретил бегущую девушку прямым ударом в нос, в результате чего ее голова дернулась назад, тогда как ноги продолжали бежать вперед. Совершив впечатляющий кульбит с переворотом, она рухнула на пол, заливая его кровавыми соплями, которые в изобилии текли из ее разбитого носа. При этом она ругалась как сотня пьяных матросов. Кейн, подхватив в полете шкатулку, которую девушка выронила в момент падения, ловко перехватил ее поудобнее и с размаху опустил на голову беглянке. Раздался глухой стук, и девчонка без сознания растянулась на полу.

В это время, постанывая от боли, подошел тот мужчина, который только что чуть было не стал импотентом.

- Спасибо, брат! Товар спереть хотела, курва! Так и знал, что что-то выкинет!

- Чем торгуешь? - Сочувственно спросил Кейн, передавая шкатулку хозяину.

- Украшения. Золото и серебро. Ручная работа, последние медяки вложил. А эта сучка их спереть хотела, ты представляешь?! - Тут он пнул девку по ребрам. - Кабы не ты, пять лет работы прахом бы пошли. Еще раз спасибо, брат!

- Ну, ладно, все хорошо, что хорошо кончается! А с этой что делать? - Кейн тоже пнул девку по ребрам, но со своей стороны.

- С этой-то? Выволоку на задний двор, взгрею ремнем по заднице, так, чтоб неделю сидеть не смогла и пусть проваливает на все четыре стороны!

- Стражу не будешь звать?

- Стражу? Нет, стражу не буду. Они ж, кровопийцы, как прицепятся, так столько на нужды армии сдерут - ховайся в жито!

- Слушай! - Кейн вскинул голову. - Отдай ее мне.

- Тебе?! - Изумился купец. - Зачем?! Хочешь девку - пошли вниз, я тебе самую лучшую куплю! А на кой тебе эта коза?

- Нет. Мне нужна эта. Идейка у меня на ее счет появилась.

- Ну, как знаешь. Ты ее поймал - тебе решать что с ней делать. Пошли, хоть пива тебе поставлю, а?

- Нет. У меня завтра тяжелый день.

- И-э-х-х... Ну, будь по твоему. В третий раз спасибо тебе брат. А я вниз пойду.

- Бывай. Удачной торговли.

Кейн наблюдал как купец, прижав к груди шкатулку, спускается по лестнице. Когда тот окончательно скрылся из вида, он повернулся к девушке.

- Очухалась? - Спросил он у воровки, которая пришла в себя еще минуту назад, но прикидывалась.

С тем же успехом он мог разговаривать с потолком.

- Ну ладно, как знаешь. Не хочешь по-хорошему - будет по-плохому.

Ухватив девчонку за ногу чуть повыше колена, Кейн поднял ее словно куклу, набитую соломой. Он держал ее на вытянутой руке, без видимого напряжения, словно провинившуюся кошку. Подержав некоторое время головой вниз, и видя, что девка попалась упертая, Кейн подошел к своей комнате, и, открыв дверь свободной рукой, задом наперед вошел внутрь. Развернувшись на месте, Кейн бросил притвору через всю комнату в стену над кроватью. С грохотом ударившись о стенку, и с грацией мешка с цементом та свалилась на кровать. Полежав секунду, она приоткрыла глаза и зло уставилась на Кейна, который запирал дверь. Может, он и не был злым, тот взгляд, но если учесть, что ее лицо было перемазано в крови, картинка была жутковатая и все взгляды казались злыми. Придвинув один из стульев, Кейн сел напротив кровати и стал рассматривать девушку. Можно было сказать, что она была симпатичной. Даже красивой. Ровно настолько, сколько было необходимо для того, чтобы обводить вокруг пальца доверчивых простаков. Он смотрел на нее, она на него.

- Как тебя зовут? - Нарушил молчание Кейн. - Сколько лет, где живешь, есть ли родственники?

Она зыркнула на него из-под насупленных бровей и притворилась глухонемой.

- Говори. - Тихо сказал Кейн. - Немедленно.

В его голосе прозвучало нечто такое, что ассоциировалось с пожарами, кровью, болью и смертью. Девчонка вздрогнула и попыталась забиться в щель между стенкой и кроватью.

- Сандра. - Еле слышно сказала она. - Девятнадцать. Где придется. Нет у меня никого.

Ее била крупная дрожь.

- Очень хорошо. - Сказал он, и заглянул ей прямо в глаза. - А теперь СПИ!

Последнее слово громовым раскатом разорвалось в ее голове. Оно гремело все громче и громче, пока не вытеснило собой все остальные мысли.

Кейн удовлетворенно смотрел на остекленевшие глаза девушки. Она - именно то, что ему нужно. Если она исчезнет, ее никто не будет искать, не будет опрашивать свидетелей и всеми остальными способами доставлять ему головную боль. Из нее получится великолепная приманка. Гоблины - редкие скоты, но мимо молоденьких девушек просто так никогда не проходят. Обязательно задерживаются. А лучшая рыбка клюет на живца.

Еще раз проверив дверь и окно на предмет неприступности, Кейн скинул с кровати впавшую в глубокий транс Сандру. Небрежными пинками закатив ее под кровать, он разделся и лег на кровать. Приняв такую позу, из которой можно мгновенно вскочить, Кейн мощным усилием воли погрузил свое сознание в глубокий, но чуткий сон. Предстояла еще одна небольшая работенка: нужно было сообщить герцогу номер банковского счета, а сделать это нужно было красиво.


5

Герцог спал, и снились ему города, охваченные огнем, и поля усеянные трупами, и чудовища, охотящиеся на людей. И снилось ему что снова сидит он в "Перине Дракона", за столиком накрытых на двоих. Но не было "Перины", не было Дороги Королей и не было Стедвика, таких, какими он их знал. А было пепелище, и кровь, и смерть. И нечто шло к нему сквозь пламя пожаров, неся на плече объемистый мешок. Приблизившись, существо взглянуло ему в глаза. "Миссия выполнена." - Сказало оно. - "А это вам для правдивости докладов". Сказав так, нечто положило мешок на стол. Открыл его герцог, и было там множество голов, отсеченных от тела. Было их много, очень много. "Сие число - суть номер моего счета" - объяснило оно. "Но не полный. Одной головы не хватает". "Чья же она?" - спросил герцог. Он знал ответ. "Твоя." - Сказало нечто. "Твоя." - Разом произнесли все мертвые головы. "Моя." - В ужасе произнес герцог. "Пощади..." - Только и вымолвил он. "Тебе ведомо мое милосердие." - сказало нечто, и черное лезвие меча молниеносно метнулось к шее герцога.

Герцог Карвен проснулся от собственного крика. Его шея была словно наполнена льдом, а перед глазами стояло число, сложенное жуткой мозаикой отрубленных голов. Он понял, что он наделал, и завыл, сидя на кровати, ибо не было пути назад, а он знал, что будет впереди.

А в нескольких километрах оттуда, Кейн улыбнулся во сне и перевернулся на другой бок.

Первая кровь

1

Дождь лил как из ведра. Тракт раскис, и всякое движение по нему стало невозможным. Или, по меньшей мере, неприятным. Путники, как всегда в такую погоду, стремились забраться в какую-нибудь дыру потеплее и сидеть там, не высовывая носа наружу пока дождь не стихнет. Поэтому в дождь тракт обычно пуст, как карманы бродяги. Но не в тот день.

Он бежал, не обращая внимания на дождь и холод, на пульсирующую боль в стертых до крови босых ногах, на слезы, застилающие глаза. Человек в разорванной рубахе и грубых штанах военного покроя, он, шатаясь, словно травинка в шторм, бежал по дороге. Его ноги были стерты в кровь, и при каждом шаге он оставлял за собой кровавые следы. Рубаха его, покрытая размытыми ржавыми пятнами, намокла и прилипла к телу, хлопая на пронизывающем ветру словно парус. Слипшиеся густые волосы закрывали его лицо, но время от времени порывы ветра отбрасывали их в стороны, и тогда можно было заметить лицо молодого парня лет двадцати, усталого и изможденного настолько, что было непонятно, как ему удается стоять на ногах. Он бежал уже много часов подряд, беглец с ужасным прошлым, которое свершилось на его глазах всего несколько часов назад. Картины былого все еще стояли перед ним, и эти видения заставляли его продолжать бег, не смотря ни на что. Хриплое дыхание человека иногда превращалось в рыдания, но у него уже не было сил даже на то, чтобы плакать. Он знал и думал только об одном: он должен добраться до людей, во что бы то не стало.

Человек споткнулся обо что-то неразличимое в брызгах дождя и упал. Сдавленно зарычав от боли, он с трудом приподнялся на колени и отбросил намокшие волосы с лица. Там, впереди, сквозь стену дождя виднелось что-то, и в воздухе пахло едой и дымом. Собрав все оставшиеся силы, он, шатаясь, поднялся на ноги и пошел вперед. Скоро стал виден небольшой домик, двухэтажный, с конюшней, дымящей трубой и флюгером в форме петуха.

Выбиваясь из последних сил, человек подошел к двери, и толкнул ее плечом. Дверь оказалась незапертой. Потеряв равновесие, он поскользнулся на мокром пороге и упал в открывшуюся под его весом дверь. Это падение оказалось последней каплей, которой хватило для того, чтобы, не успев упасть на пол, человек провалился в глубокий обморок.


2

- Тродгар, что за напасть! - Раздосадовано прорычал один из дварфов, отворачиваясь от окна, за которым был виден только дождь. - И как они тут живут?! То ли дело Каменный Город!

Трое сидевших за тем же столом представителей подземного народа согласно затрясли бородами.

- Истинно так, Садар, истинно так! Но на что только не пойдешь за для пользы дела!

Садар, дварф, сетовавший на дождь, гневно посмотрел в глаза собеседнику.

- Ты мне не булькай, сопляк! Ишь ты, еще, может, жить меня учить начнешь? Ясно, что неспроста здесь мокнем, сам знаю! А советники вроде тебя, мне как эльфу арбалет! Сидел бы и помалкивал!

- Охолонь чуток, Садар. Не дави на пацана. - Вступил в разговор до того молчавший седой дварф с длинной спутанной бородой и кустистыми бровями. Он явно был старше любого из сидящих за столом. - У нас есть дело, и мы его выполняем. И нечего тут болтать. - Он хмуро посмотрел на того дварфа, что помоложе. - А ты, Хитрец, не задирайся со старшими. А то по шее получишь, ясно?

- Ясно, Тродгар. Как уж тут яснее...

- Вот и ладно. Дождь переждем и двинем дальше. Нам еще далече ехать.

- Я не понимаю, на кой мы в это ввязались? Хай бы туда Король сам лез, в эти красные шахты! Мы-то тут при чем?

- При том, что приказ есть приказ. Особенно, исходящий лично от короля.

- Э-х-х-х... Ну вас с вашей политикой! Давайте-ка по пиву! Гляньте: все пьют, только вы языками чешете! - Не выдержал мощный дварф в кольчуге и с секирой возле ноги, указывая себе за спину. - Гляньте, гляньте!

Они глянули. Вентар был прав. В "Петухе", придорожном трактире, было человек десять посетителей, не считая четверых дварфов, и никто не терял времени зря.

За соседним столом сидели четверо патрульных гвардейцев, которым вообще-то полагалось сейчас не наворачивать пиво и жрать баранину, а доблестно патрулировать дороги королевства. Но непогода как нельзя более не подходила для выполнения служебного долга, в связи с чем весь патруль, с легким сердцем послав службу к чертовой матери, сидел в тепле и отдыхал душой и телом. Патрульные были парни здоровые, что неопровержимо свидетельствовало о том, что под стол они свалятся еще не скоро. А сейчас они хохотали, орали песни и щипали девок, которые проворно сновали между столов, разнося пиво и соленую капусту.

Под длинным столом, примостившимся у дальней стены, удобно устроились трое местных селян. Все они были здоровыми, кряжистыми и невероятно заросшими мужиками в грубой, домотканой одежде. И все трое были пьяными в дымину. Лежа под столом, они дружно храпели какую-то народную мелодию. Получалось на редкость музыкально.

Кроме того, в трактире были купец с дочерью и мрачный вояка в чинах пехотного офицера, сидевшие за одним столом. Купец с солдатом о чем-то беседовали, а купеческая дочь время от времени постреливала глазками в патрульных, но те ее не замечали, потому как были заняты щипанием прислуги. Купец неодобрительно на нее косился, но пока помалкивал.

Все шло своим чередом, и когда Тродгар уже собрался заказать пива, дверь со стуком отворилась. В раскрытую дверь вместе с потоками дождя ввалился какой-то оборванец, незамедлительно растянувшийся на полу. Мгновенно рядом с ним оказался солдат, беседовавший с купцом, и, подняв человека на руки, перенес на ближайшую лавку.

- Живой! - Объявил он, приложив ухо к груди парня. - Хозяин! Какую-нибудь сухую тряпку и горячего вина!

Хозяин, высокий мужик лет сорока, в стеганом жилете, выскочил из-за стойки с кружкой в одной руке и полотенцем в другой, попутно заорав куда-то на кухню чтобы принесли одеяло. Продравшись сквозь столпившихся вокруг вошедшего посетителей, он протянул полотенце и кружку солдату. Тот, с сомнением на них поглядев, поморщился.

- Орлы! - Патрульные обернулись. - А ну скидывай портянки! Будем исцелять.

- Не спешите, молодой человек. - Проговорил тот самый седой дварф. - Зачем мучить парня?

С этими словами он подошел поближе и положил ладонь на грудь лежащего на лавке человека. Через некоторое время его лицо порозовело, а дыхание стало ровным и глубоким. Все уважительно посмотрели на целителя.

- Эк его... - Пробормотал старый дварф. - А ну, парень, просыпайся! - Сказал он и потормошил лежащего за плечо.

Глаза парня распахнулись, и он судорожно рванувшись, попытался соскочить с лавки. Подоспевший вовремя солдат схватил его в охапку и повалил обратно: тот был слаб, как котенок, и сопротивлялся довольно вяло. Наконец, его взгляд принял осмысленное выражение и, обведя глазами помещение, он спросил:

- Кх-х-х... Где я? - Нормально получилось только с третьей попытки. - Кто вы такие?

- В "Петухе", где же еще! Это, между прочим, мой трактир! - Сказал хозяин, чувствуя, как пропадает напряжение, царившее в трактире. - А вот кто ты такой и откуда здесь взялся, да еще в таком виде?

- Я... Я Ларин... Рядовой... Третий Пограничный Гарнизон.... Был...

- Дезертир? - Нехорошо прищурившись, спросил офицер.

- Нет. Я... Я единственный кто остался... После этой ночи.

- Черт бы тебя подрал, парень! - Рявкнул солдат. - Говори толком, что случилось? Где командир гарнизона?

- Он мертв. Все мертвы. Гарнизон уничтожен.

В наступившей тишине раздавался только стук дождя по крыше, и слаженный храп троих крестьян.


3

Некоторое время все молчали. Те, кто знал, что к чему, не верили. Те, кто не знал, смотрели на тех, кто знал, и тоже молчали. А знали немногие. Знал Вестин Рок, пехотный офицер. Знали патрульные. Знали Садар и Вентар, дварфы, входившие в касту воинов. Знали, что Третий Пограничный Гарнизон - это триста пятьдесят солдат в полном вооружении, хорошо тренированных профессионалов своего дела. Эти люди были призваны стоять на страже границ королевства. Таких гарнизонов было всего четырнадцать, и попасть туда считалось очень большой удачей и достижением. Охранять границы от случайных атак гоблинов - казалось, что может быть проще? Но на деле все оказалось гораздо хуже.

Вестин подошел к столу и залпом проглотил содержимое своей кружки. Обведя замерших людей мрачным взглядом, он сел напротив Ларина.

- Когда это произошло? И как? Рассказывай. - Тихо сказал он.

Ларин некоторое время молчал, понемногу потягивая остывающее вино. Потом заговорил.

- Я был в дозоре этой ночью. Стоял на северной стороне. Моя смена началась сразу после полуночи, а закончиться должна была в пять утра. Первые полтора часа все было спокойно. Я жутко хотел спать. Где-то на втором часу, видя, что спят все, кроме часовых я покинул пост. Пошел в сортир. Это недалеко от лагеря, метров сто, в маленькой рощице. Вернулся. Окликнул Миса. Это мой напарник, его пост метрах в тридцати от меня. Но он не отозвался. Решив, что он просто заснул на посту, я пошел туда, думал о том, как я сейчас разбужу этого гада, и как он будет потом передо мной пресмыкаться, чтобы я об этом не докладывал командиру. Как я и рассчитывал, он лежал под телегой, так, что ноги торчали наружу. За них-то я и вытащил его из-под этой хреновины. А когда он оказался снаружи весь, я подумал, что лучше бы я его не трогал... - Тут Ларин всхлипнул. - Я в гвардии совсем недавно, и еще никогда не видел подобного. Голова Миса была почти отрезана... Не знаю на чем она держалась... Может, на воротнике?.. Увидев это я застыл как вкопанный. Не знаю сколько я так простоял... А потом, почувствовав, что меня вот-вот вывернет наизнанку, я оправился. И заорал. Потом меня скрутило так, что я упал на колени и не смог подняться. Я видел, как несколько солдат бежали ко мне из соседней палатки. Но они не добежали. Я не знаю что это было... Оно было похоже на столб черного дыма в форме человека... Это появилось из темноты, внезапно, без всякого перехода, так, словно было ее частью... Я почти ничего не замечал, этот кошмар двигался так быстро... И я видел как он настиг их. Пятеро людей, бежавших ко мне, в одно мгновение стали брызгами крови и разлетающимися кусками мяса... Голова одного из них закатилась ко мне, под телегу, куда я успел залезть. На ее, головы, лице не было страха. Только удивление. Они даже не успели понять, что произошло... А потом пошел дождь. Я сидел в грязи, и старался ничем не выдавать своего присутствия... Я слышал как кто-то кричал, как звенели клинки и доспехи - солдаты думали, что на нас кто-то напал и спешили вооружиться... А потом лагерь загорелся. Загорелся под проливным дождем так, словно с неба текла не вода а Слезы Дракона... Поднялся пар, отовсюду слышались крики... но их было все меньше и меньше. А потом не стало вовсе. Остался только рев пламени, шипение пара и шум дождя. И шаги. Не знаю как я не подох от страха прямо там, под телегой. Он шел ко мне. Один. Я слышал как булькает грязь под ногами. А потом увидел. Ничего особенного, правда, я не увидел - просто высокие черные сапоги, заляпанные грязью. Он прошел мимо меня и исчез. Потом я видел следы. Хотя, какие там следы в такой дождь... но те, что были, просто обрывались. Были - и нету. Я вылез из под телеги, весь в грязи, крови и блевотине, и пошел по лагерю... По пепелищу... По кладбищу. Когда мне пришлось перелазить через трупы, я не выдержал - дал деру оттуда. Не помню, сколько я бежал, но долго. Где-то потерял свои сапоги и куртку... Наверное, сам выбросил, чтоб не мешали... Хотел добраться до людей. До солдат. Надо предупредить... А потом заметил что-то сквозь дождь, побежал туда... И вот я здесь.

Все молчали. Тродгар глубоко вздохнул и отправился к своему столу, где замер, время от времени прикладываясь к своей кружке. Вестин сидел на месте, уставившись в одну точку. Ларин снова начал дрожать и закутался в одеяло покрепче. Никто не спешил общаться и делиться впечатлениями. В царящей в трактире тишине послышались доносящиеся со двора голоса, фырканье лошадей и стук перевязи. Потом, несколько шагов простучало по деревянному крыльцу трактира, и в открывшуюся дверь вошли двое людей, в мокрых от дождя походных плащах. Молодая девка и высокий мужчина со здоровенной сумкой из плотной ткани через плечо. У мужчины были темные волосы до плеч, серые пронзительные глаза и высокие черные сапоги на ногах. Заляпанные грязью аж до половины.


4

- День добрый, уважаемые! - Поздоровался Кейн, незаметно подталкивая Сандру вперед. - Что такие потерянные? Пиво, что ли, разбавленное?

Хмурый трактирщик встрепенулся, неодобрительно посмотрел на нового посетителя и принялся отстаивать честь своего заведения.

- Ни в коем разе, почтенный! Просто печальные вести принес сей достойный юноша! Эхо, как говорится, войны... Что будете заказывать? - Кривозубо улыбаясь, трактирщик ткнул вилкой в направлении закутавшегося в одеяло Ларина. Тот тихо сопел где-то в глубине одеяла и совершенно не интересовался повышенным к нему вниманием.

- Вот этот юноша? - Кейн с интересом посмотрел на едва видневшуюся макушку парня. - Это что ж надо было такое рассказать, чтобы весь трактир в тоску вогнать, а? Он виршеплет? Небось, неимоверно грустную балладу наплел?

- Ни в коем разе!... - С энтузиазмом начал было рассказывать хозяин, но рывком поднявшийся на ноги Вестин невежливо его перебил.

- Не балладу. Вам незачем об этом знать, господин. Вы же собирались что-то заказывать? Вот и занимайтесь этим.

- Что вы, что вы! Мне совсем не интересно! - Кейн развернулся к трактирщику. Поглядев на ползущего по стойке здорового таракана, он продолжил. - Та-а-к... Ну, для начала... Для начала всем по пиву. Это чтобы настроение поднять. А потом... Надо бы чего-то горяченького... Что порекомендуешь, хозяин?

- Э-э-э... Борщ? - Выпалил в слепую трактирщик.

- Ага, сойдет! А потом чего-нибудь такого, ну, знаешь, вроде жареного мяса... И... Да! Чуть не забыл! Кувшин пива для леди и вино для меня. Только нормальное тащи, не разбавленное!

- Никаких проблем! Уже бегу!

Усадив Сандру за столик у стены, Кейн сел напротив и внимательно на нее посмотрел. Прошло три недели, с тех пор как он вогнал ее сознание в транс, а такое долгое время иногда играет с разумом злые шутки. Давно пора было ее разблокировать, да все руки не доходили. Он был довольно занят, особенно в последнее время. А теперь выдался вечерок в самый раз.

Глядя ей прямо в глаза Кейн осторожно начал снимать блок с ее разума. Медленно, так, чтобы не вызвать рефлекторных судорог или возгласов. Постепенно глаза девушки становились все более и более осмысленными. Кейн знал, что события последних недель кажутся ей тяжелым сном, о котором лучше забыть, что все как в тумане и что разум возвращается постепенно. Наконец, блокировка спала окончательно.

Глаза Сандры прояснились. Она выглядела только что проснувшейся. Непонимающе оглядевшись, она раскрыла рот чтобы что-то сказать, но тут ее взгляд упал на сидящего перед ней человека и она вспомнила. Вспомнила то, что произошло в коридоре второго этажа таверны "Веселый Джо". И все, что было после этого. Широко распахнув глаза, она уставилась на Кейна, который сидел напротив, и улыбался, глядя на нее.

- Как ты себя чувствуешь? - Спросил он. - Бывает, что после того, что выпало на твою долю, люди теряют рассудок. Тебе не кажется, что ты стала еще более ненормальной, чем была?

- Ах ты подонок! Что ты сделал со мной?! Как я здесь оказалась, и вообще, что это за место?! Какого дьявола тебе от меня надо?! - Вопросы так и сыпались из нее.

- Ничего особенного. А это место называется "Петух" - вполне приличный трактир, особенно для такого захолустья.

- Захолустья?! Ты называешь Стедвик захолустьем? Или?... Или это не Стедвик? У меня такое ощущение, что прошло довольно много времени с тех пор, как я впервые увидела твою паскудную харю!

- Еще бы! Это не Стедвик! Это Пограничье. Спорные земли, раздираемые на части эльфами, людьми и гоблинами. А в трех днях пути отсюда находится Хармондейл - столица когда-то могучего королевства, на руинах которого мы находимся. Но ближе к делу. Я разбудил тебя не для того, чтобы слушать твою болтовню.

- А для чего же?

- Прежде всего для того, чтобы ты поела сама. Я чертовски устал командовать каждым твоим движением.

- Иди ты в задницу со своими проблемами, урод! Ты меня из города упер? Ну так покуда туда не возвернемся, слышать ни о чем не хочу! И не стану я ничего из твоих рук жрать! Может ты туда яд подложил!

Кейну стало смешно. Тащить ее за собой за сотни миль только для того чтобы отравить в какой-то дрянной забегаловке - в этом что-то было! И он засмеялся. Он редко смеялся. От звука его смеха у всех, кто его слышал мороз пробежал по коже, Тродгар поперхнулся пивом, Вестин выронил на стол карты, в которые играл в компании патрульных, и свалился на пол дремавший на лавке Ларин. Не было ничего необычного в звуке его смеха, кроме того, что этот смех был холоден настолько, что душа уходила в пятки, а сердце проваливалось в желудок.

Смолк ровный гул болтовни в трактире, и все посетители посмотрели на Кейна. Все кроме одного.

Кроме Ларина.

Он не смотрел на Кейна. Он смотрел на его сапоги, высокие, черные сапоги, заляпанные грязью почти до самого верха. Он уже видел их, эти сапоги, сегодня утром. Видел, когда лежал под телегой в разрушенном лагере, помнил, как пламя горящего лагеря бросало блики на змеящееся тиснение на голенищах. Он чувствовал, как стучит сердце, настолько громко, что его стук, наверное, слышен аж в Селесте. Понимание ослепительным светом вспыхнуло в голове парня и он, издав звук, вместивший в себя сотню фраз и дюжину чувств, провалился в глубокий обморок.

- Черт бы тебя побрал, парень! - пробормотал Вестин, подбегая к упавшему Ларину и поднимая его на ноги. Тот был без сознания, а из разбитого во время падения носа текла кровь. Вестин усадил его назад на лавку. - Хозяин! Комнаты есть?

- А как же, есть! На втором этаже, две прекрасных комнаты, но вот кто будет за них платить?

- Я! - Бросил Вестин, забирая у хозяина ключ и взваливая Ларина на плечо. - Которая комната?

- Направо от входа. - Хозяин поколебался. - И деньги вперед.

- Вернусь - заплачу. - Буркнул Вестин и пошел наверх.

Поковырявшись некоторое время с дверью, он положил Ларина на кровать и осторожно похлопал его по щекам. Тот начал приходить в себя.

- В чем дело, парень? Чего это ты так разнервничался? - спросил офицер, глядя на смертельно бледного и мелко дрожащего Ларина.

- Этот... Этот человек... Который смеялся... Он... - Зубы парня стучали так, что он не мог говорить.

- Да, неприятный тип. Меня тоже пробрало... Ну и что?

- Я узнал его. Это он... Это он был там. Он уничтожил лагерь.

- Он?! Но как?... И почему ты так решил? Ты же говорил, что там был не человек!

- Я не знаю... Сначала это был не человек. Но потом, когда он шел мимо меня, я запомнил его сапоги. Это он, точно! Мы должны схватить его!

- Ты в своем уме? Если это правда, и он в одиночку вырезал весь лагерь... Нас он даже не заметит... Возможно... Возможно я знаю кто он такой...

- Кто?! Кто он?

- Это длинная история. Есть одна легенда... И помоги нам бог, если я прав. Хотя... Неизвестно, что ему нужно. Возможно, что это уже все...

- Что?! Вы не хотите ничего предпринять? Но почему?

- Почему?.. Потому что он, если он тот, кто я думаю, может отправить нас всех в мир иной так быстро, что мы не успеем даже пикнуть.

- Да кто же это?

- Это Серый. Возможно. И это очень плохо. Лежи здесь.

С этими словами Вестин спустился вниз. Стараясь не смотреть на сидевшего за дальним столиком Кейна, он вернулся к своим картам.

И проиграл.

Кейн с интересом смотрел на него. Он знал, что здесь есть тот парень, которого он видел в лагере, что вот этот вояка, скорее всего, уже тоже догадывается, что к чему. Пора было начинать действовать.

Стремительным движением парализовав Сандру, Кейн нагнулся к большой сумке, которую принес с собой. Расстегнув несколько застежек, он достал оттуда кривую саблю, какой обычно пользуются гоблины. Взвесив ее в руке он встал из-за стола и вышел на середину зала и осмотрелся.

- Эй, уважаемый! - Возмутился трактирщик. - Здесь нельзя обнажать оружие! Это же трактир!

- Да, разумеется. - Кивнул Кейн.

И шагнул вперед.

Описав свистящий полукруг, сабля самым кончиком лезвия, казалось бы, легонько чиркнула по горлу хозяина. От этого удара он отлетел назад, на батарею бутылок, стоявших на полках за его спиной, захрипел, схватившись за рассеченное горло рукой, и медленно сполз на пол. Кровь толчками струилась между его пальцами.

Развернувшись на каблуках, Кейн шагнул к вскочившим навстречу ему патрульным. Офицер, с которым они сидели за картами, не пошевелился, дварфы повскакивали, дико завизжала дочь купца, который сейчас, бледнея на глазах, смотрел на кровь трактирщика, медленно вытекающую из-под стойки.

Патрульные напали. У них были короткие мечи, но они совершенно не умели ими пользоваться. Кроме того, никто, похоже, не учил их работать в команде. Проскочив под мечами, Кейн одним плавным, но стремительным движением резанул всех троих сразу. Они разлетелись в разные стороны, как кегли, переворачивая столы и брызгая кровью.

Садар, подхватив свою жуткую секиру, рванулся наперерез. Он был серьезным противником. Громадный топор летал в его руках так, словно был сделан из дерева. Кейн подставил саблю под тяжелое лезвие, раздался звон металла, посыпались искры, и на лезвии сабли появилась глубокая зазубрина. Яростно рыча, Садар широко размахнулся топором, занося его над головой и прыгая вперед. Когда секира пошла вниз, стремительно набирая смертоносную скорость, Кейн опустил саблю, и перехватил топорище левой рукой, под самым лезвием. Садару показалось, что он с размаху ударил по скале, от неожиданности он слегка ослабил руки, и это было роковой ошибкой. Продолжая удерживать топор левой рукой, Кейн сместил хват вниз по древку, поближе к рукам дварфа, а затем сделал ударное движение, не смотря на то, что Садар все еще сжимал топор обеими руками. Дварф почувствовал, как топор вырывается из рук, попытался схватить его покрепче, но было поздно. Второе лезвие двойной секиры, то, что было со стороны Садара, с силой опустилось ему на голову, и, разрубая ее, погрузилось до покрытых кольчугой плеч дварфа. Вырвав топор из трупа Садара, Кейн, почти без замаха, метнул его в бежавшего к нему Вентара, Садарова брата по касте. Со свистом прорезав воздух, огромный топор вонзился в грудь дварфа, плоско, между ребер, разрубая кольчугу и плоть. Вентар, с силой отброшенный к стене, обеими руками схватился за рукоять и вырвал топор из своей груди. Из чудовищной раны мгновенно хлынула кровь; Вентар постоял мгновение и тяжело рухнул на пол, попутно опрокинув маленький столик.

Кейн обернулся к медленно поднимающемуся из-за стола Тродгару и вжавшемуся в стенку Хитрецу. На его лице не было никаких чувств, оно было застывшей маской. Маской смерти. Когда он шагнул вперед, Тродгар вскинул руку в странном жесте, сделал движение кулаком, и Кейн почувствовал себя так, как будто в его грудь ударил осадный таран. Его смело с места словно пушинку, бросило через весь зал и с хрустом впечатало в стену. "Проклятье! - Подумал Кейн. - Только этого мне не хватало!" Он медленно поднялся на ноги и снова шагнул к Тродгару. Тот снова поднял руку и призрачный кулак стремительно промчался от его руки к идущему Кейну. Но того там уже не было. Он метнулся в сторону с нечеловеческой скоростью, так, что на какое-то мгновение выпал из поля зрения Тродгара, попутно срубив купца с дочерью. Когда дварф снова его заметил, разительная перемена имела место быть в его облике. Глаза Кейна были заполнены вязкой, густой темнотой, кожа приобрела сероватый оттенок, а сам он был как будто окутан тонким слоем черного призрачного дыма. Прежде чем Тродгар успел что-нибудь подумать, смазанная полоса, напоминающая силуэт человека метнулась к нему, и в следующее мгновение три удара кривой сабли разрубили его живот, грудь и горло. Тродгар отлетел назад, заливая кровью пол и Хитреца, верещавшего где-то под ним. Едва Хитрец спихнул умирающего Тодгара с себя, как раздался свист и сабля, пробив грудную клетку, пригвоздила его к полу трактира как мотылька.

Вестин сидел за своим столом, обхватив голову руками и закрыв глаза. В какой-то момент он понял, что все кончено. Почти все. Приоткрыв один глаз, он с ужасом увидел нечто, сидевшее перед ним, с другой стороны стола. Нечто смотрело ему прямо в глаза. Вестин облизал пересохшие губы.

- Я Вестин Рок... - Его голос дрожал. - Я хочу стать Серым.

- Ты думаешь, что этого достаточно? - Существо не шевелило губами, его рокочущий голос раздавался где-то в глубине черепа офицера. - Ты думаешь, все так просто? Ты не прав.

- Но легенда... О ветеранах...

- Это только слухи.

И тогда оно перестало быть там и стало здесь. Оно возникло за спиной офицера и молниеносным движением свернуло ему шею. Потом оно подошло к Сандре, с ужасом наблюдавшей всю эту бойню. Там было шагов пять, и к столику Кейн подошел уже нормальным человеком. Почти. Это "почти" было с ним всегда.

Не обращая внимания на Сандру, он вытащил из сумки дохлого гоблина. Непонятно как тот там помещался все это время, но появился он именно оттуда. Бросив его посреди комнаты, Кейн подобрал топор Вентара, который валялся неподалеку, и, примерившись, сильно врубил его в труп гблина, так, что лезвие стукнуло о доски пола.

Кивнув каким-то своим мыслям, Кейн вышел на кухню. Через мгновение оттуда послышался женский крик, который тут же прекратился. Вернувшись, Кейн провел рукой по голове Сандры, возвращая той контроль над телом и снимая паралич. Но она не двинулась с места, сидела, вжавшись в стену и с ужасом глядя на Кейна.

- Пойдем. - Сказал он, застегивая и сворачивая сумку. - Здесь моя работа закончена.

Словно во сне она встала из-за стола, и, стараясь не наступать на лужи крови, вышла на улицу.

Дождь кончился, воздух был свеж и пах грозой, придорожная трава блестела в лучах солнца, пробивающихся сквозь разрывы плотных грозовых туч, словно россыпь алмазов. Где-то неподалеку пели птицы.

- Давай двигай, чего застыла? - Поторопил Кейн, выводя лошадей из конюшни. - Нам еще ехать к черту на рога. Эти скоты зеленые в такой дыре живут, за год не доберешься! Пошевеливайся!

- Зачем я тебе нужна? - Тихо спросила она. - Зачем? Ты убьешь меня?

- Много будешь знать - скоро состаришься! - Весело сказал Кейн, запрыгивая в седло и трогаясь шагом. - Кончай трепаться, поехали!

И они поехали, а за их спинами трактир, конюшню и приличный кусок земли вокруг охватило бушующее рыжее пламя.


5

Боль... Боги подземные, как больно... Он был очень силен, один из Касты Священников, Тродгар Дарагот, Священник Света. То, с чем он столкнулся выходило за пределы его возможностей. Он чувствовал страшные рубленные раны, чувствовал как жизнь покидает его, и знал, что времени очень мало. Со стоном он повернулся к лежащему рядом с ним Хитрецу. Сабля, пронзив его грудь, пригвоздила того к полу, он еще жил, и проживет еще некоторое время. Тродгар знал, что ему еще рано умирать. Напрягшись, изо всех сил преодолевая боль, старик выдернул саблю из груди своего внука. Он действительно был его внуком, этот молодой и непоседливый дварф. Хитрец вздрогнул и застонал, когда лезвие выходило из его груди, из открывшейся раны потекла кровь. Но Тродгар успел. Положив руку поверх раны, он закрыл глаза, а когда его рука бессильно упала, на месте страшной сквозной раны был только свежий шрам. Хитрец заморгал, покрутил головой и сел, увидел то, во что превратился трактир, увидел хрипящего и истекающего кровью Тродгара рядом с собой. Его губы шевелились, он что-то пытался сказать, но Хитрец не мог разобрать слов.

- Что? Тродгар! Я не слышу! Тродгар, лечи себя, ты же можешь! Лечи! - Он наклонился и обхватил седого дварфа руками, прижав того к себе, и чувствуя, как его кровь, кровь Тродгара, течет по его пальцам. - О Боги, Тродгар! Что?...

- Беги... - Сдавленно прохрипел Тродгар. Кровь хлынула из его рта, и он обмяк.

И мир вспыхнул. Вспыхнул яростным пламенем, рычащим и ненасытным. Огонь опалил Хитреца и тот, закричав от боли, рванулся к выходу, но там тоже был только огонь. Наконец, нечто обгорелое, исходящее зловонным дымом горелой плоти, с воем выкатилось из огромного костра. Это был необычный огонь. Он горел не так, как положено гореть всякому нормальному огню. Это пламя горело точно в своих границах, жадно, в мгновения совершая то, на что у обычного огня уходят минуты. А потом оно исчезло, так же внезапно, как появилось, не закончив работу. Погори оно подольше, на месте "Петуха" не осталось бы ничего, кроме пепла. А так дымящиеся, черные и обугленные стены указывали на то, что здесь был трактир.

Хитрец поднялся на ноги. Боль уходила, страшные ожоги постепенно исчезали - старый Тродгар хорошо знал свое дело. Глядя на пепелище, на котором остались его лучшие друзья в этой жизни, Хитрец чувствовал, как в нем закипает глубокая ненависть к тому кто сегодня отнял у него всех, кто был ему дорог. Одна слезинка скатилась по его щеке, оставляя в покрывающем ее слое пепла, светлую дорожку.

Стоя на руинах своей жизни, он поднял лицо к небу. Ветер срывал с него куски пепла, который когда-то был его волосами и бородой. Он поднял вверх сжатые в кулаки руки, словно угрожая кому-то там, за облаками.

- Я отомщу. - Тихо сказал он.

И когда небо, как всегда, промолчало, Тарн Дарагот, Черный Пепел, свежеиспеченный великий мститель, разбрасывая пепел ногами, отправился на руины сожженного трактира чтобы взять себе Топор Гнева - уникальное произведение кузнечного искусства гномов, когда-то принадлежавшее Садару, а ныне взывающее к мести и новым рукам.

По праву оружия

1

- Ты не ответил мне. - Сказала Сандра, догоняя Кейна на лошади и пристраиваясь рядом.

Он с интересом посмотрел на нее. Это были ее первые слова за три дня, с тех пор, как они уехали из "Петуха".

- На что?

- На мой вопрос. Я спросила, зачем я тебе нужна.

- Ну, зачем-то ты мне понадобилась, раз уж я тащу тебя за собой через весь континент.

- Я заметила. Но зачем? Мне ты можешь сказать?

Кейн повернулся в седле и посмотрел на нее.

- Хорошо. Я скажу. Как ты, несомненно, заметила, мы уже несколько дней как едем по Пограничью, причем по тем местам, где, как известно, гоблинов пруд пруди. Что делают гоблины с молодыми девушками - не секрет. Ты знаешь что тебя ждет, если ты попадешься в лапы их патрулю?

Она вскинула голову и посмотрела на него.

- И что же меня ждет? - Нехорошо улыбаясь спросила она.

- Тебя схватят и отведут к лидеру. Отведут к теперешнему месту стоянки Орды. Той, патруль которой тебя схватит. А потом ты предстанешь перед каким-нибудь Грозным Воем или что-то вроде. И станешь его рабыней. На несколько дней. Потом, когда ты ему осточертеешь, он прикончит тебя голыми руками, а потом, соблюдая все ритуалы, съест твое сердце. У них это принято, знаешь ли.

Сандра побледнела, но больше ничего не указывало на то, что ей не по себе.

- И только ради этого ты везешь меня сюда?

- Конечно нет! Мне, знаешь ли, не очень хочется прочесывать всю степь в поисках гоблинов и их стоянки. Главной стоянки. А так, как только на горизонте покажется патруль, а это, похоже, вот-вот случится, я со спокойным сердцем отдам тебя гоблинам прямо в лапы. Меня они не заметят, а на то, чтобы задуматься о том, что делает девушка в одиночку посреди степи, у них просто не хватит мозгов. Потом, они потащат тебя в лагерь, а я последую за вами. А потом... Потом будет видно. Но мне почему-то кажется, что этот момент они запомнят надолго.

- А если они не потащат меня в лагерь, а оставят для себя?

- Это исключено. У них есть шаманы, которые сразу почуют если что-то подобное произойдет. Единственное, что они могут сделать - это немного попользоваться тобой на пути к стоянке. Но жизнь полна неожиданностей! - Философски закончил Кейн.

- Скотина! - прошипела Сандра, и, стеганув коня, помчалась в степь, постепенно заворачивая назад.

Кейн остановил коня, спрыгнул на землю. Сделал несколько шагов вслед стремительно удаляющейся девушке. Расстояние между ними быстро увеличивалось.

- Неужели ты думаешь, что от меня так просто сбежать? - Негромко сказал он, но эти слова Сандра услышала так, словно он стоял в трех шагах. - Вернись.

И она на начала медленно разворачивать лошадь. Вернее, начало разворачивать ее тело. Разум изо всех сил старался вернуть контроль себе, но у него ничего не получалось. Сандра вдруг перестала чувствовать свои руки и ноги, она с ужасом смотрела, как лошадь уверенно приближается к неподвижно стоящему Кейну. А потом все снова стало нормально, тело снова слушалось ее.

- Не пытайся бежать. - Кейн запрыгнул в седло. - Будет только хуже. Если ты еще раз так сделаешь, я накажу тебя. Поехали.

Сдерживая слезы бессильной ненависти, Сандра поехала дальше. Она не могла ничего сделать. Он был неизмеримо сильнее ее. Оставалось только надеяться на то, что патрули им не встретятся. Но надежда умирает последней. Так и случилось в этот раз. Миг встречи неотвратимо приближался, и ничего нельзя было поделать. Наконец, настало то самое утро, утро, когда Кейн заметил патруль.


2

- Внимание! - Кейн выпрямился в седле и напрягся. Он был похож на гончую, взявшую след. Повернулся к девушке. - Вот и наши друзья. Там, на горизонте. Видишь?

Напрягая глаза, Сандра с трудом рассмотрела далеко впереди несколько точек. Что это такое - она сказать не могла. Но она знала, что он прав.

- Очень хорошо! Пятеро патрульных, все на волках - видно неслабая орда... Через десять минут будут здесь, волки, наверное, тебя уже почуяли. - Он повернулся к Сандре. - Ничего не бойся. Я все время буду рядом. Потом, в лагере, когда начнется кутерьма, спрячься куда-нибудь, хоть под одеяло. И не вылезай. А то попадешь под горячую руку. - Он усмехнулся.

- А тебя волки не учуяли?

- Я не оставляю следов. Никаких. Ни запаха, ни всего остального... - Рассеяно произнес Кейн, думая о чем-то своем. - Мне пора. Они двинулись сюда.

Кейн спрыгнул с коня и быстро привязал его к седлу Сандры.

- Теперь слушай меня очень внимательно. Сейчас поедешь к ним навстречу. Подпустишь настолько, чтобы могла их сносно рассмотреть. Потом разворачивай лошадей и скачи, убегай. Они погонятся за тобой, догонят, разумеется, но бить не станут - для них это как спорт, ты будешь своего рода призом. Когда догонят, не пытайся сопротивляться, но и не протягивай им руки. Кричи, отбивайся, но не сильно. Будешь брыкаться сильно - будут бить. Потом просто делай все, что скажут. Они все на общем говорят. Довольно сносно. Все поняла?

Она кивнула. В глазах стояли слезы.

- Отлично. Сделай все как надо, и все будет хорошо.

А потом Кейн развернулся и пошел в степь. Отойдя метров на двадцать, он обернулся, и исчез. Просто взял и исчез.


3

- Ну ты и влипла, подружка! - Нервно пробормотала Сандра, обращаясь к себе, любимой. Стало немного легче. - Так и знала, что не надо было к этому торгашу лезть!

Гоблинский патруль неотвратимо приближался. Теперь она могла в деталях его рассмотреть, а значит, самое время было делать ноги. Но она медлила. Она никогда раньше не была где-то еще, кроме Стедвика, и не видела ничего подобного.

Огромными прыжками к ней мчались пять громадных волков. Это были страшные звери, действительно размером почти с лошадь, в их раскрытых от быстрого бега пастях сверкали такие клыки, что у Сандры мороз пробежал по коже. А на загривках у волков сидели существа с зеленой кожей, острыми ушами и кривыми саблями в руках. Сандра уже однажды видела гоблина: труп такого же существа Кейн вытащил из сумки в трактире под названием "Петух".

Тут она вспомнила о том, что нужно бежать. Вонзив каблуки в бока лошади, она послала ее в галоп, прочь от гоблинов и их волков. Но они догоняли. Волки бежали очень быстро, гораздо быстрее лошади. Она уже слышала их тяжелое дыхание, слышала рычание гоблинов. Один из волков громадным прыжком настиг ее, лошади шарахнулись, но продолжали бежать, седок прорычал что-то неразборчивое, но крайне непристойное, и, достав из-за спины свернутый в кольцо хлыст, резко взмахнул рукой. Стремительно размотавшись, хлыст захлестнул шею Сандры, она почувствовала резкий рывок, и мир померк.


4

- Давай, девка, просыпайся! - Чей-то рычащий голос настойчиво не давал ей поспать. Но это не проблема - ей случалось спать и в худших условиях. Подумаешь, какой-то там голос.

- Да брось ты ее, Хадгаш! - Прорычал кто-то другой. - На кой ляд нам лишние проблемы? Будет тут воду мутить! Видишь, дышит! Стало быть, жива! А нам того и надо, нет?

- Заткнись, Раурк! Может, ты ее сам потащишь? А вообще, может ты и прав! Перекинем через лошадь и вперед! Давай, подмогай!

Кто-то поднял ее с земли и положил на лошадь, словно мешок с картошкой. Это было возмутительно! Совершив над собой запредельное усилие, Сандра открыла глаза. Голова гудела, словно после месячного запоя.

Оглядевшись по сторонам, она поняла, что лежит на своей лошади, животом на седле, так, что голова свешивается с одной стороны, а ноги - с другой. В нескольких шагах от нее сидел здоровый волчище и нехорошо на нее поглядывал. Рядом с волком стоял высокий и мускулистый гоблин, молодой и красивый. Для гоблина. Его густые и угольно черные волосы были выстрижены так, что остался только длинный "хвост" на макушке. Он стоял боком, и Сандра заметила полосы татуировки, идущей от глаза к уху.

Откашлявшись, Сандра приподнялась так, чтобы кровь отлила от головы, а то в висках уже начинало шуметь.

- Гляди-ка, очухалась! - Сказал кто-то у нее за спиной, и чья-то рука хлопнула ее по заднице. Рука была мощная. - А мы уже думали, ты будешь всю дорогу дрыхнуть! - Голос был тот самый, который пытался ее будить.

- Убери руку, скотина, и обойди лошадь, чтобы я могла плюнуть тебе в морду! - Заорала она, извиваясь всем телом, и пытаясь вывернуться из-под руки. Ничего не получалось.

Гобрины жизнерадостно заржали, рука исчезла, и лошадь обошел мощный гоблин, тот самый, что сдернул ее с лошади.

- Я Хадгаш. Я тебя поймал. Ты принадлежишь мне.

Тут ввязался тот, который стоял возле волка, первый, которого она увидела.

- Ты рехнулся, Хадгаш? Захотелось каленого железа отведать? Закон есть закон. Всех баб - в лагерь. Или ты решил его нарушить?

- Какого дьявола?! Лагерь у черта на рогах, а мы здесь! Никто не узнает! Не рыпайся, Раурк!

- Лагерь-то далеко, да вот только если Хорадгаш почует, что ты его нарушил - до смерти будешь дерьмо грести! Оно тебе надо? Пропадать из-за бабы? Человеческой тем более?

- Зараза... Прав ты, Раурк... Ладно, двинулись! А ты, зараза, - Он подошел к Сандре, и, схватив ее за горло поднял к глазам. - Веди себя тихо, или до утра не доживешь!

Гоблины залезли на своих волков, Хадгаш привязал лошадей длинной веревкой к шипастому ошейнику своего волка, и они тронулись. Волки бежали быстрой охотничьей рысью, лошади не отставали.

Ехали долго, до вечера. Волки, казалось, были неутомимы. Где-то на шестом часу ей в рот засунули кляп, потому что она ни на секунду не переставала кричать и ругаться. Наконец, Хадгаш скомандовал привал. Сандру стащили с лошади, пинком отправили в ближайшие кусты, сказав, что попробует сбежать - догонят, и, разложив костер, начали готовиться к ночевке.

Когда Сандра вернулась, она не обнаружила лошади Кейна. Сначала. А потом ей стало ясно, что это за мясо жарится на костре, и почему рядом нет ни одного волка. Она сначала удивилась, потом ужаснулась, а потом ей стало все равно. Не обращая ни на кого внимания, она подошла к костру и села на траву. Было холодно. Она зябко куталась в свое платье, когда кто-то набросил на ее плечи плащ, что лежал в ее сумке на лошади. Обернувшись, она с изумлением обнаружила Руарка. Его глаза светились в колеблющемся свете костра и это было нечто завораживающее. Он усмехнулся, обнажив полуторадюймовые клыки, и сел рядом с ней.

- Как тебя зовут? - Спросил он. - Что ты делаешь в нашей степи?

- Я Сандра. А вашей степи я потому, что меня похители!

Раурк нахмурился.

- Но когда мы встретили тебя, ты уже два дня как была на нашей земле! А каждый, кто без разрешения ходит по нашей земле - наша добыча!

- Не совсем. Меня похители еще до того, как мы приехали в эти степи. Этот сукин сын бросил меня! Завез на край света и бросил!

- Так здесь есть еще один? Это его лошадь была, да? Почему ты не сказала раньше?

- Вы не спрашивали.

Раурк тихо зарычал, его глаза разгорелись.

- Ты знаешь где он?

- Нет. Он пошел за зайцами однажды вечером - и не вернулся... Может быть он еще придет?

- Ха! Если он пошел один ночью в степь - то, скорее всего, он уже мертв. Видела наших волков? В степи бегают такие же, только дикие.

- Если бы он был мертв!.. Но волков не хватит чтобы его прикончить. Я видела на что он способен, и знаю что убить его очень непросто.

- А кто он? Рыцарь? Рэйнджер? Или просто ворюга?

- Я не знаю... Он - это что-то другое...

- Ну, кем бы он ни был, он наверняка достался волкам на ужин. Мясо готово. Жри давай.

Конина была полусырая и сочилась кровью. Гоблины, рыча, разрывали ее на куски зубами, и проглатывали почти не жуя.

- Дальше поедем на рассвете. - С набитым ртом промычал Хадгаш. - В лагере будем завтра на закате. Хоть пожрем нормально!

Его ребята согласно закивали. Раурк закончил обгладывать ребро и протяжно рыгнул.

- Нажралась? - Спросил Раурк. - Протяни руки.

Сандра протянула руки, и он быстро связал их кожаной веревкой. Затем проделал то же самое с ногами.

- Спать будешь тут. И помни: без подвигов.

Она кивнула. На подвиги уже просто не оставалось сил. Закутавшись в свой плащ, Сандра лежала в сотнях миль от своего дома, семьи и прошлого, и думала о том, что свобода, о которой она думала, когда планировала побег, оказалась не такой уж и сладкой штукой. Потом она заснула, и снился ей Раурк в дорогом камзоле и при шпаге, просящий ее руки и сердца, а она плескала ему в морду вином из фужера эльфийского хрусталя.


5

Когда закат следующего дня залил горизонт степи багровым заревом, патруль Хадгаша прибавил шагу - до дома было рукой подать. И вот, через некоторое время, впереди появилось множество огней горящих факелов. Впереди был лагерь Орды Кровавого Когтя.

Посреди степи, описывая огромную окружность, горели большие костры. Между двумя соседними кострами было метров двадцать, а всего можно их было насчитать около сотни, они брали лагерь в грандиозное кольцо. Снопы искр срывались с огня и взмывали в темнеющее небо, где уже во все сверкали звезды. А там, за кострами, стояло множество шатров, высоких и низких, больших и маленьких. Проезжая мимо одного из них, Сандра с ужасом заметила гирлянду человеческих черепов, висевшую над входом внутрь. И таких шатров было много. Особенно выделялся один, центральный. Именно к нему и направлялся Хадгаш.

Они ехали сквозь лагерь, сквозь толпы гоблинов, снующих во всех направлениях по своим делам, сквозь шум и гам, и лай волков, сквозь завывания какого-то музыкального инструмента и пьяные песни. Лагерь кипел жизнью, буйной и ненасытной. Хоть она и ехала в седле, а не перекинутой через лошадь, как в самом начале, руки были связаны и привязаны к луке седла. На нее глазели все, мимо кого проезжал патруль, тыкали пальцами и что-то орали. Это было неприятно, но что-то было в этом месте завораживающее, что-то такое, чего нет больше нигде. Это была свобода, истинная, ничем не замутненная, кроме своих собственных законов. Эти существа были свободны. И счастливы.

- Эй, Хадгаш, что это ты приволок? - Радостно заорал один из гоблинов, охранявших большой шатер. - Никак, баба! Где поймал?

- Где поймал, там уже нету! - Прорычал в ответ Хадгаш. - Вождь здесь?

- Ага, где ж ему еще быть? Ему доложили уже, что ты вернулся, да не с пустыми руками! Ждет!

- Ну так не будем заставлять его ждать! - Он подошел к Сандре и перерезал веревку, связывающую руки с седлом. - Давай, пошли!

И они пошли к высокому и просторному шатру, окруженному рядами воткнутых в землю факелов. Ко входу в шатер вела небольшая "аллея", усаженная множеством трехметровых копий. На каждом копье было нанизано по несколько десятков черепов, черные полотнища развевались над входом и картина была настолько жуткая, что мороз бежал по коже.

Двое гоблинов, с саблями в руках стоявших по обе стороны от входа, откинули шкуры, и Хадгаш с Раурком, которые почти несли под руки Сандру вошли в шатер Кровавого Когтя, великого вождя великой Орды.

Внутри было почти пусто. Несколько факелов горели по углам просторного шатра, наполняя его дрожащим светом. А впереди, почти в центре, на мощном резном кресле черного дерева, сидел Вождь. Огромный гоблин был одет в покореженный нагрудник, массивные сапоги и шлем в форме клыкастого черепа. Он был могуч и опасен, этот Кровавый Коготь, сумевший заставить подчиняться себе неуправляемых гоблинов. Судя по кривым клыкам и мощному телосложению, он был полутроллем, а это очень опасная смесь - мощь троллей и коварство гоблинов. В отличие от всех остальных воинов своей Орды, предпочитавших в бою сабли или ятаганы, он был вооружен огромной шипастой дубиной, стоявшей рядом с его троном.

По правую руку от вождя стоял старый гоблин, с желтеющей кожей и кривым посохом в руке. Он был с ног до головы обвешан всяким хламом, начиная от растений и заканчивая человеческими пальцами, высохшими и почерневшими. Пронзительно смотрели на мир его глаза, глубоко посаженные и мерцающие каким-то жутким зеленоватым огнем.

Слева от трона стоял высокий человек. Когда Сандра увидела его, она едва не упала в обморок от изумления: меньше всего она ожидала встретить человека в глубине лагеря гоблинов. Тот был одет в черную одежду, кольчугу и военные сапоги. Два меча висели крест-накрест за его спиной, на покрытом шрамами лице были синие полосы татуировок - в точности как у гоблинов. Его глаза смотрели оценивающе, жестко и безжалостно, так, словно она была породистой собакой или лошадью.

Хадгаш с силой пихнул Сандру в спину, та, пробежав несколько шагов, тяжело упала на колени у подножия трона. Кровавый Коготь наклонился, приоткрыл пасть в жуткой ухмылке. Его двухдюймовые клыки действительно выглядели впечатляюще.

- Хадгаш?

- Здесь, вождь!

- Где вы ее взяли? И как?

- На границе, вождь. Ехала сама на двух конях. Хотела сбежать, да мы догнали.

- Хорошо. Отведите ее к остальным.

Откуда-то из полутьмы шатра, словно чертики из табакерки, выскочили два тощих и высоких гоблина. Подхватив Сандру под руки, они поволокли ее куда-то в глубь шатра, налево от трона. Там оказался завешенный шкурами проход в соседний шатер. И там сидели три девушки. Все молодые и человеческие. Ее пихнули на шкуры, которыми был устлан пол, и оба гоблина встали по обе стороны от выхода.

Девушки с интересом смотрели на Сандру. Та ответила им тем же. Девушки были вполне ухоженные, но что-то неуловимое выдавало в них крестьянок. Увешанные побрякушками, словно новогодняя елка, они сидели и лежали на волчьих шкурах и болтали. Когда Сандру ввели, они замолчали. Наконец, одна из них нарушила молчание.

- Ну, чего стоишь-то? Иди сюда, раз уж ты здесь! Я - Варика, а это вот Лора и Мария. А тебя как звать?

- Сандра. - Она подошла и опустилась на шкуры. Оглянулась на стоящих у двери гоблинов.

- Ты на этих внимания не обращай! - Тут же подсказала Варика. - Располагайся. Хочешь винограда? - Она показала на посеребренное блюдо с горой винограда на нем, стоявшее слева на шкурах. На блюде стояла печать Эратии. - Ну, давай, рассказывай! Как ты сюда попала? Тоже деревню вырезали?

- Да нет, вообще-то, я сама сюда приехала. Почти.

- Что значит почти? - тоненьким голоском спросила изящная и хрупкая Лора. - Кто же станет сюда по своей воле ехать?

- Никто не станет. - Сандра попробовала виноград. Тот был незрелый и отчаянно кислый. - Я и не ехала по своей воле. Меня один приятель привез. А потом бросил.

- Что, вот так просто привез и бросил? Все они одинаковые! А откуда ты приехала?

- Из Стедвика.

- Аж оттуда?! Ни хрена себе! И этот урод вез тебя через всю страну чтобы бросить в степи!

- Да он вообще-то вернуться обещал.

- Ха, да они все так обещают! Дома он уже, ей богу! Я ж говорю - козлы!

- А сами-то откуда? Вы, я вижу, тут как дома.

- А что поделаешь? Если уж попали сюда так чего выпендриваться? У этих все просто: чуть что, так раз-два - и голова в кустах! Они ж бешеные все! Меня, вот, знаешь как брали? На деревню налетели, ночью. Ужас! Среди ночи крик, визг, эти зеленые рычат, волки ихние воют, гам - до неба! Я как раз на сеновале ночевала, - Она усмехнулась. - Я, и приятель мой. Ну так он как услышал, так без штанов на улицу и выскочил! Ну а я, стало быть, за ним. Ой, девки, чего потом было - страсть! Типун-то, парень мой, бежит, а тут из-за угла двое зеленых как выскочат, да как секанут его с двух сторон! Мы с девками в деревне кролей забивали и кабанов, так один в один та же картина. А уж визжал-то как! Ну а потом меня заметили, заорали, и назад на сеновал потащили. А уж там разорвали рубашку и... - Варика называла вещи своими именами, и Сандре стало не по себе. - А потом на осла кинули, по заднице ремнем проехались, и сюда. Нас тогда пятеро здесь было. А где еще две? А нету их: больно много болтали. Так одну, говорят, Гартгар, Кровавый Коготь ихний, сам придушил и съел! Брешут, по моему. А может и нет. А эти вон белоручки, купеческие дочки, - Она махнула в сторону зевающих Лоры и Марии, судя по всему слушавших эту историю уже не в первый раз. - Эти так вообще копыта откинули едва увидели какой гоблин без штанов! А потом прямо тут очухались! Ха-ха! А с тобой ничего не случилось по дороге, а?

- Нет, слава богам! Один зеленый не дал.

- Зеленый? А как его кличут не известно?

- Известно. Раурк.

- Ба, так это ж один из орды КровоКогтевых ублюдков! Знаем, знаем!

- Он что, действительно его сын?

- Еще бы! Один из. У него чертова прорва сыновей, и все от разных баб! Говорят, он даже с эльфками пробовал, экспериментатор, мать его! А Раурк от нормальной бабы родился. Вот он и нас уважает.

- А что это за старый хрен и солдатик выпендренный там, у трона топчутся, не знаешь?

К Сандре постепенно возвращалась уверенность и душевное равновесие.

- Старый хрен это Хорадгаш, местный шаман. Силен старик. Он хоть и старый, а сила в нем невероятная! А солдатик это Золтан, наемник. Он когда-то Гартгара вызволил из какой-то бодяги, так тот теперь ему благодарен! Скотина он, и мерзавец каких свет не видывал, этот Золтан!

- Слушай, Варя, кончай трепаться! Не видишь что ли, она с ног валится! Это мы тут весь день дрыхнем да виноград с яблоками трескаем, а ее привезли только что! - Мария, классическая купеческая дочь, полноватая и румяная, запустила в Варику виноградиной. Та, лязгнув зубами, поймала и съела ее на лету. - Ты ее не слушай, эту балаболку! - Продолжала Мария. - Иди сюда, тут место еще есть, можешь тут спать. А болтать завтра будем. Спи давай!

Не то чтобы ей очень хотелось спать, но Сандра послушалась. Расправив смятые шкуры, она улеглась между Марией и казаном с жареной кониной, закуталась в одеяло и затихла. Лора принялась напевать, голос у нее был тоненький и такой печальный, что слезы на глаза наворачивались.

Время шло. Варика вполголоса рассказывала, какой был в постели ее пятый ухажер, Лора перестала петь и, казалось, заснула, а Мария, в компании блюда с чем-то похожим на печенье, благодушно внимала Варике. Из соседнего шатра доносились какие-то голоса, но разобрать слов почему-то не получалось.

Незаметно для себя Сандра задремала.


6

Кейн спокойно шел по степи. Далеко впереди по периметру лагеря горели огромные костры. Он шел туда.

Лагерь был очень большой. Он уже некоторое время наблюдал за ним, и мог сказать, что там было около двух с половиной тысяч гоблинов, волки, сотни троллей, люди, темные эльфы и тому подобные подонки общества. Пограничье и орочьи степи всегда служили тем самым мусорным ведром, куда стекались все отбросы цивилизации. Но это была только часть, малая часть совокупной мощи гоблинов, которую мог бы собрать умелый вождь. Осталось только убедить его заняться этим вопросом вплотную.

Когда до лагеря оставалось около мили, Кейн остановился, осмотрелся вокруг себя и замер. Он стоял совершенно неподвижно, не издавая ни звука, и только покрывшийся потом лоб выдавал страшное напряжение. Сначала ничего не происходило, потом вокруг внезапно потемнело, одиноко стоящая фигура Кейна окуталась тонким слоем прозрачной, призрачной темноты, которая стремительно густела, постепенно становясь похожей на волнующийся и пульсирующий слой густого тумана, время от времени выбрасывающий в ночь длинные протуберанцы. Постепенно сквозь покров тьмы различить лицо Кейна стало невозможно, он был уже весь окутан невероятно плотным слоем черного дыма. Потом он стал изменяться, плечи стремительно раздавались в ширину, рост увеличивался,, руки становились длиннее, несколько языков тьмы, сорвавшихся с его пальцев, не исчезли в окружающей темноте, а приобрели форму чудовищных когтей, другая их серия, сорвавшись с плеч, стремительно пересекаясь между собой, образовала два широких крыла, похожих по форме на крылья летучей мыши. Множество протуберанцев в неистовом темпе дополняли бесчисленные детали, подгоняли форму к необходимому состоянию, образовывали бесчисленные чешуйки, длинные шипы, и множество других деталей.

Трансформация завершилась. Там, где несколько секунд назад стоял человек, теперь стояло нечто. Оно было похоже на громадного бегемота, покрытого черной мерцающей чешуей и рядами острых шипов, на бегемота, где-то в процессе эволюции свернувшего в сторону рептилий, бегемота с длинным шипованым хвостом, драконьими крыльями, и светящимися багровым огнем глазами. Оно было охвачено все той же призрачной тьмой, настолько незаметно сливающейся с окружающей темнотой, что иногда было невозможно понять где кончается чудовище и начинается окружающая темнота.

Баал-Клогор, Демон Разрушитель, был его любимой боевой формой, когда предстояло сделать очень многое в сжатые сроки. В этой форме, форме третьего порядка, достижение которой считалось вершиной мастерства в Серой Лиге, он мог многое. Разрушитель как нельзя более оправдывал свое название. Вот и сейчас, стоя почти в километре от лагеря Кейн прекрасно знал сколько там гоблинов, он видел то, что хотел видеть, не взирая на стены, расстояния или магические барьеры. Зеленоватым огнем мерцала в его новом зрении сторожевая стена проходящая по периметру лагеря, точно по кострам, он видел местного шамана, держащего нити управления стеной в своем разуме. Кейн усмехнулся, чудовищная пасть демона разошлась в жутком оскале, приоткрыв ряды острых, как бритва, зубов.

В одно мгновение оказавшись у сторожевой стены Кейн видел стражу лагеря, прохаживающуюся от одного костра к другому. Он стоял в нескольких метрах от них, но гоблины его не замечали. Подняв руку Кейн смотрел как из его пальцев выдвигаются громадные серповидные когти, похожие по форме на когти бегемотов. А потом он протянул руку вперед и кончиком когтя коснулся только ему одному видимого полотна зеленого света, отгораживающего лагерь от степи. И в то же мгновение экран лопнул, разлетелся тысячами сверкающих огней, а откуда-то из лагеря долетел нечеловеческий крик. Крик боли и ужаса.


7

Сандра проснулась от крика. Кто-то кричал в соседней комнате, страшно и пронзительно. В то же мгновение она вспомнила слова Кейна о том, что надо делать, когда начнется кутерьма. Вздрогнув и сбрасывая с себя оцепенение, она быстро закуталась с головой под одеяло.


8

Хорадгаш, старый шаман Орды, закричал. Они как раз ужинали молодым барашком и трофейным пивом, когда шаман вдруг схватился за голову обеими руками, выронил свой жезл, чего на памяти всех здесь присутствующих никогда не случалось, и дико завыл. Он кричал настолько страшно, что стало не по себе даже слышавшему множество криков Гартгару.

- Эй, старик, что с тобой? - Обеспокоено прорычал он, когда шаман немного поутих. - Что это с ним? - Спросил он у сидевших за столом.

Хадгаш, Раурк и Золтан пожали плечами. Хорадгаш начал медленно выбираться из-под стола, куда свалился во время крика. Если раньше его кожа была просто желтоватого оттенка, то теперь она был просто желтой. Его трясло так, что он почти не мог стоять на ногах. С трудом подобрав свой посох, шаман помотал им у себя перед носом и что-то пробормотал. Судя по всему, ему полегчало.

- Быстро на улицу! - Прохрипел он, залпом допив свое пиво. - У нас гости.

Гартгар мгновенно подхватил свою дубину, Золтан со свистом выхватил мечи, и все выскочили наружу. Зрелище, открывшееся их глазам, было достойно богов. Богов войны.

Костры, окружавшие лагерь, превратились в столбы ослепительного пламени, огонь взмывал на тридцатиметровую высоту, заливая весь лагерь ярким светом. А там, среди войск Орды царила кутерьма. Лагерь был наводнен неведомо откуда взявшимися гвардейцами, в форме, кольчугах и с оружием. Они яростно рубились с гоблинами, побеждали, проигрывали, они были повсюду, и их количество вроде бы не уменьшалось.

Гартгар яростно взревел и бросился вперед, размахивая дубиной так, что она превратилась в свистящий туманный круг. Подскочив к первому гвардейцу, он размахнулся, и обрушил на того чудовищный удар. Солдат подставил под удар свой меч, металл взвизгнул, и сломался. Дубина, продолжая движение, опустилась ему на голову. Результат был быстрым и кровавым. Стряхнув с дубины мозги, Гартгар ринулся в гущу боя, все, кто был с ним в шатре, последовали за ним. И только Хорадгаш стоял в неподвижно, выписывая своим жезлом сложные фигуры и прикрыв глаза. Постепенно его глаза раскрылись, и он увидел то, что привело его в ужас и восхищение. Все вражеские солдаты были грандиозной иллюзией - простейшее заклинание, произвольно выбирающее объект и преобразующее его внешний вид, простейшее заклинание, наполненное невероятной мощью. Он никогда не видел ничего подобного, лагерь, в сущности, дрался против самого себя. Вот и сейчас, перед его глазами, видевшими сквозь иллюзию, Гартгар размозжил голову мечнику, как ему казалось, а на самом деле, его дубина обезглавила одного из гоблинов, охранников лагеря. Но было еще что-то. Помимо того, что тем гоблинам, которые попали под действие заклинания, все остальные тоже казались гвардейцами, в лагере присутствовало нечто, то, что обеспечивало стабильность иллюзии и необходимые потери с обеих сторон, которые, в сущности, были двумя сторонами одной медали. Хорадгаш с ужасом смотрел, как в разных местах лагеря на мгновение возникает какая-то размытая фигура, как там где она появляется, остаются только трупы. А потом шаман почувствовал что-то за своей спиной. Он не успел обернуться. Метровой длины серповидные когти вошли ему в спину, пробили грудную клетку и высунулись из груди. Шаман взвизгнул, захлебнулся кровью, и в то же мгновение нечто разорвало его пополам на уровне поясницы.

А в лагере одни гоблины рубили других, причем и те, и другие были совершенно уверены, что вот теперь-то королевским солдатам конец.


9

Сандра лежала под одеялом и дрожала всем телом. Она прекрасно слышала крики, доносящиеся сквозь стены шатра, и изо всех сил старалась не грохнуться в обморок. А потом она услышала, как взвизгнули ее соседки, и услышала голос Кейна.

- Давай выбирайся! - Он говорил весело, но немного напряженно. - Или ты решила остаться здесь навсегда?

Сандра откинула одеяло и увидела Кейна, который стоял прислонившись спиной к дверному проему. В углу, с неестественно вывернутыми головами, лежали охранники-гоблины. А в другом углу лежали девушки. Но они дышали. Она нервно засмеялась.

- Пожалуй нет. Мне здесь не понравилось. А что, все уже кончилось?

- Ни в коем случае! Все в самом разгаре! Поднимайся, пошли.

Она встала на ноги и вышла вслед за Кейном на улицу. То, что она там увидела, потрясло ее не меньше чем Хорадгаша, который сейчас лежал по обе стороны от входа.

Костры больше не выбрасывали столбы пламени, они тускло горели, освещая затухающую бойню. Где-то кто-то еще дрался, кто-то выл в темноте, кто-то, рыча, ругался и звал какого-то Карга. Сандра слышала громовой голос Гартгара, отдающий приказ теснить гадов к кострам, вой и рычание волков и чьи-то крики боли.

- Ну, ладно, хватит любоваться, пошли. - Кейн сделал шаг вперед.

И тут прилетела стрела. Со свистом, примчавшись из темноты, она вонзилась в глаз Кейна, прошла сквозь голову так, что окровавленный наконечник вышел из затылка. Он рухнул как подкошенный.

Сандра непонимающе смотрела на его. Она не могла поверить, что его можно убить. Присмотревшись, она с ужасом отметила еще одну деталь: его кровь, кровь Кейна, была черного цвета.

Из подсвеченной пламенем костров темноты вышел Золтан. В левой руке он нес длинный лук. Оба меча были в ножнах, висевших на его спине.

- Куда это ты собралась? Давай назад, а не то будешь лежать рядом со своим приятелем. Кстати, кто он такой и откуда здесь взялся?

- Меня зовут Кейн. - Ответил Кейн вместо нее, вставая на ноги. - А вот кто ты такой?

Золтан с изумлением смотрел на него. Кейн поднял руку и с хрустом выдернул стрелу из своей головы. Он повернулся к ним, через ужасную сквозную дыру в его голове было видно пламя костров и горящих шалашей. Потом его голова на мгновение окуталась темнотой, а когда та исчезла, не осталось никаких следов смертельной раны. Кейн подмигнул Золтану тем глазом, на месте которого секунду назад была сквозная дыра, и метнулся к нему. Он двигался так быстро, что расплылся в глазах Сандры и Золтана, ошарашено смотревших на него. Подскочив к воину, Кейн с молниеносным движением, с хрустом сломал ему хребет, Золтан дернул ногами и упал на спину, его конечности мелко дрожали. Отвернувшись, Кейн кивнул Сандре, и пошел через разрушенный лагерь к тому месту, где гоблины держали захваченных коней.


10

Гартгар, весь покрытый свежими, еще кровоточащими ранами стоял, глядя, как рассвет озаряет руины его лагеря. Его непобедимой орды. Там где еще вчера была стоянка могучего войска, теперь были сожженные шатры, трупы и стоны. Предрассветный туман окутывал лагерь, словно погребальный саван.

Он чувствовал, как жаркая ненависть закипает в его душе, как все его предки взывают к мести. И он собирался отомстить. Жестоко и кроваво.

Гартгар обернулся к бесшумно подошедшему Раурку.

- Ну?

- Полторы тысячи убитых, триста раненных, из них две сотни не доживут до полудня.

- Еще что?

- Хорадгаш и Золтан.

Гартгар заскрипел зубами. Черт с ним, с наемником, но старый шаман был с ним последние тридцать лет. Он был ему как отец.

- Кто это сделал, Раурк?

- Не знаю. Мы не нашли трупов. И не нашли следов лошадей. Вчера они напали внезапно, значит, должны были приехать на лошадях. Но нет ни следов, ни трупов. Такое впечатление, что потери только с нашей стороны.

- Нет!!! Я сам вчера прикончил пятьдесят штук! Этому может быть только одно объяснение: им помогают маги. А раз в это дело ввязалась Бракада... - Он помедлил. - Это значит только одно - это ВОЙНА!

- Мы должны отомстить! Они не имели права нападать на нас!

- Они напали по праву оружия. Они стали достаточно сильны для того, чтобы начать войну. Но они не учли одного: у нас тоже есть это право. Право оружия. И мы им воспользуемся, клянусь духами предков и кровью врагов!

И тогда Гартгар, не обращая внимания на своего сына, пытавшегося что-то еще сказать, отправился в долгий обход по своему лагерю, начав выполнять свою клятву и на ходу отдавая распоряжения о подготовке к началу войны.

Хочешь мира - готовься к войне

1

Местность постепенно зеленела.

Все чаще встречались маленькие рощицы, появлялись длинные полосы кустов. Здесь была граница степей и редколесья, которое где-то далеко впереди превращалось в могучий неприступный лес Тулареан. Лес эльфов, лес жизни, резных дворцов и древних минаретов, родина удивительных созданий, и кладбище охотников на них. Лес сурово оберегал свои границы. Но до него было еще далеко.

Они подъехали к развилке. Если верить указателю, в ту сторону была Эратия, а в ту - Тулареан. Кейн притормозил, задумчиво посмотрел на Сандру. Уже в который раз он спросил самого себя, зачем он ее за собой потащил. И снова не нашел ответа. Он помнил тот внезапный порыв в таверне, когда он на секунду понял, что она очень важна, но сразу забыл, почему. Кейн готов был ей пожертвовать, в случае чего. Но сейчас он знал, что ей не место рядом с ним. Если бы не то странное предчувствие ее важности, он просто поехал бы дальше, а в мире стало бы одной девчонкой меньше. Но что-то говорило Кейну, что ее нельзя убивать.

Кейн смотрел в сторону Эратии. Пять дней езды и там уже границы, оживленные тракты и люди. Он оглянулся на Сандру, которая мрачно смотрела на видневшийся вдалеке дом у дороги, похоже трактир.

- Когда-то я уже спросил тебя, есть ли у тебя родственники, - Тихо сказал Кейн. - Ты сказала, что нет никого. Это действительно так?

- Да. - Она удивленно посмотрела ему в глаза и отвернулась. - Мама умерла когда я родилась. Отец меня не признал. Я не считаю его своей родней.

- Понятно. - Кейн достал маленький мешочек. - Здесь тридцать золотых. Более чем хватит для того, чтобы доехать до столицы. Сумеешь ли ты их довезти - твоя проблема. Поезжай.

- Ты... Ты хочешь сказать, что отпускаешь меня? И еще и даешь деньги на дорогу?

- Именно это я и хочу сказать. - Кейн улыбнулся. Сжал ее руку. - Рад был с тобой познакомиться.

Стеганув коня, он помчался по той дороге, которая, если верить указателями, вела к Тулареану. А Сандра осталась стоять на развилке, держа в руке кошелек с деньгами, и не зная, что делать дальше. Потом она поехала к видневшемуся вдалеке трактиру, чтобы узнать, по каким дням и куда проходят экипажи через эту богом забытую дыру.

Она говорила неправду, когда рассказывала, что никто ее не ищет. Она подозревала, что ее ищут очень усердно.


2

- Вот этот человек, граф! Он говорит, что видел ее. - Усатый сержант впихнул в зал таверны пожилого купца. - расспросите его, ваша милость!

Навстречу купцу из-за стола поднялся высокий мужчина в темно-синем камзоле, при шпаге, сапогах со шпорами и роскошной шляпе. Судя по перстню на пальце, он был дворянином.

- Ты видел эту девушку? - Спросил аристократ, протягивая купцу маленький портрет. Там была изображена Сандра, в длинном платье и с высокой прической.

- А как же видел! Видел, ваше благородие! И до смерти не забуду! Эта зараза меня чуть было не обокрала! Пять лет работы! А она все хап, и бегом! Хорошо хоть один парень помог, истинно мир не без добрых людей!...

- Ладно, я понял. - Граф прервал купца. - Когда это было?

- Когда было? Известно когда - недели две назад, когда я в прошлый раз в город приезжал!

- А где она теперь?

- Не знаю, ваше благородие! Тот мужик, что мне помог ее поймать, себе ее и забрал. Отдай, говорит, ее мне. Ну а я что? Мне все едино. Я ее и не видел больше потом. И хорошо, потому как если бы увидел...

- Заткнись! - Рявкнул граф. Купец вздрогнул и заткнулся. - Кто этот мерзавец? Как он выглядел? Куда собирался ехать?

- Как выглядел? Известно как... - Начал купец, собираясь честно и подробно выложить все запомненные им детали внешности того парня, но с изумлением понял, что ничего не помнит, кроме того, что тот делал и говорил. Даже голос он бы теперь не смог опознать

- Что за напасть, ваша милость... Не помню! Как корова языком слизала!

- Ладно. Говоришь, он ее поймал? А как?

- Да очень просто: дал кулаком в носяру, так она и кувыркнулась! Мы потом ее еще маленько ногами попинали, чтоб знала как драгоценности воровать, да их хозяев по яйцам бить, стерва! И еще мало дали! У вас, что тоже что-то сперла?... - Купец осекся, видя побледневшего от ярости графа. Тот хватил кулаком по столу, наклонился вперед. Столик жалобно хрустнул.

- Проваливай из города. Чтобы я твою паскудную харю здесь больше не видел! Увижу - пожалеешь, что родился на свет! - Он встал, черный плащ красиво завихрился, и пошел к дверям.

- Э-э-э... Ваша милость... - Пробормотал купец поднимаясь из-за стола, и разрываясь между страхом и жадностью. - Я ж вам помог... Награда сталбыть... Нет?...

- Награда? - Тихо и зловеще переспросил граф, медленно разворачиваясь. - Будет тебе награда!

Он пошел к купцу, на ходу снимая с руки один из драгоценных перстней. Тот, глупо улыбаясь, протянул руку ладонью вверх. И тут граф, зажав перстень в пальцах, с силой выбросил руку вперед, перстень, выбивая передние зубы купца драгоценным камнем, влетел ему в рот, купец сдавленно булькнул и упал на спину. Граф, с отвращением на него посмотрел, и стремительно вышел из таверны.

Купец медленно поднимался. Сев на свой стул, он выплюнул на стол перстень, штук пять зубов и полчашки крови. Осмотрел перстень.

- Рубин. - Невнятно пробормотал он, обернувшись к хозяину, сосредоточенно протиравшему стойку. - Зараза...

Собрав свои зубы, он, пошатываясь, пошел к себе в комнату, собирать вещи.


3

Кейн остался ночевать в эльфийском гарнизоне, который он только что уничтожил.

Равнодушно перешагивая через трупы эльфов, он медленно, ведя за собой коня, двигался к палаткам, в которых когда-то обитало начальство. Вокруг были палатки, стойки, и множество мертвых эльфов.

Он напал на лагерь внезапно, и большая часть солдат погибла, прежде чем подняли тревогу. А когда протрубил горн, было уже поздно. И теперь здесь была просто очередная братская могила, одна из многих, которые нередко встречались на его жизненном пути.

Откинув полог капитанской палатки, и привязав коня, Кейн вошел. Внутри все было чисто, скромно и аккуратно, было видно, что капитан любил чистоту и порядок.

Кейн подошел к кровати. Он уже несколько часов чувствовал характерное покалывание в висках, означавшее, что кто-то приснится ему сегодня. Так было всегда: как только у кого-то в мире окончательно созревало решение воспользоваться его услугами, они снились друг другу, и договаривались о деталях.

Кейн лег, закрыл глаза, и заснул


4

Он стоял в большом колонном зале, совершенно пустом, если не считать маленького столика, стоявшего в самом центре великолепной мозаики, покрывающей пол зала. За столиком сидел человек. Кейн подошел и сел напротив, внимательно на него посмотрел. А потом разрешил увидеть себя.

Темный эльф вздрогнул. Он мог быть только темным эльфом, больше ни у кого не бывает острых ушей, белой кожи, угольно черных волос и мерцающих красноватым светом глаз. И он был магом.

- Я надеялся на это. Но старые легенды настолько размыты: никогда не знаешь, где тебе повезет. - Эльф говорил на чистейшем общем, без акцента.

- Что привело вас сюда?

- Я хочу нанять вас.

- Нет. У меня уже есть контракт.

- Одно другому не мешает. Даже дополняет. Вы уже добрались до Тулареана? Так вот, вам просто придется немного в него углубиться.

- Детали?

- Гм, это сложно рассказать. Я покажу. Смотрите. - Эльф провел над столом рукой, воздух замерцал и Кейн оказался на небольшой поляне, где-то в глубине леса.

На поляну медленно, церемониальным шагом выходили четверо эльфов. Они были одеты в ослепительно белые туники, серебристые пояса, высокие короны.

Эльфы стали на поляне, простерли руки, и трава зашевелилась: пять высоких камней, похожих на камни друидских кругов, медленно поднимались из-под земли. Когда они полностью вышли, что-то сверкнуло в центре каменного круга, и там появился высокий эльф, в такой же одежде, как и остальные четверо, но с серебряным амулетом на груди, и властным выражением лица.

- Это ваша мишень. Аэлверинаэль Серебряный Жезл, предводитель общества тайных эльфийских магов. Уничтожьте его, и получите очень много. Уничтожьте их всех, и получите еще больше.

- Много - это сколько?

- Много - это много. Вы не будете разочарованы. А для того, чтобы подстегнуть вашу уверенность... Проснувшись, посмотрите под кровать. Прощайте.

Кейн проснулся, встал, и заглянул под кровать. Там, на тонком слое пыли, лежал, переливаясь тысячами граней, чистейшей воды алмаз, размером с яблоко.

- Вот это аванс!... - Ошарашено пробормотал Кейн, доставая камень. - Какой же тогда гонорар?!

Он вышел на улицу. Несмотря на горы трупов, воздух был свеж и пах неповторимым запахом леса. Это был последний из списка подлежащих уничтожению гарнизонов. Теперь осталось только ждать результатов. Или подхалтуривать.

Повертевшись на месте, Кейн определил направление на то место, которое видел во сне, сунул алмаз в карман, и пешком пошел в лес. Действительно, предстояло немного углубиться в чащу. Но недалеко. Миль на двести.


5

- Мы обнаружили его, Владыка. Вы были правы.

Аэлверинаэль застонал, опустил голову на руки.

- Я был прав... Это действительно Стиратель? И он уже взялся за работу?

- Да, он уже идет сюда. Что нам делать?

Эльф некоторое время молчал, невидящим взглядом глядя на лес.

- Соберите всех, кого сможете. Призовите дендроидов, сообщите друидам. Пусть придет несколько гарнизонов снайперов... Боги, кто же еще?! Никого нет, и никто не хочет умирать... Я сам поговорю с единорогами... И я призову Великое Древо.

- Но зачем, Владыка? Зачем собирать столько сил? Он же только один!

Маг-эльф горько усмехнулся.

- Вы еще не знаете, что это такое, то, что идет сюда. Я знаю. Я несу ответственность за то, что эти существа появились в этом мире... Непрямую, но все же...

- Тогда расскажите, чего нам ожидать. Кто он? И на что способен?

- Я не смогу всего рассказать, у нас просто не хватит времени. Знайте, что он хуже всего, что вы можете себе представить. Я помню, как создавался проект "Стиратель", я помню тысячи живых существ, принесенных в жертву во имя его создания. Когда они берутся за дело, шансов выжить почти нет. Стиратель - это квинтэссенция смерти, воплощенная в одном человеке. Вернее, не человеке. Это существо, будь оно там, где живут подобные ему, было бы демоном смерти девятого круга, оно собирало бы кровавую дань с тех, кто правит законами вселенной. Но все те тысячи жертв сделали свое дело: сущность демона была заключена в тело человека и подчинена его разуму. Он нормальный человек, психически, до тех пор, пока не пора начинать работать. И тогда в нем просыпается демон. Он - это худшее, что могло с нами случится. Но мы попробуем. Нет ничего невозможного.

- Я понял, Владыка. - Эльф, один из четверых, что выходили на поляну, ушел, оставив своего учителя наедине с воспоминаниями о тех временах, когда именно он, Аэлверинаэль, Маг Света, заносил жертвенный нож над тысячами живых сердец.


6

Эльтан, молодой, по эльфийским меркам, лучник-снайпер, совсем недавно закончивший подготовку, вместе со своим звеном смотрел, как отходит стена деревьев. Они двигались, медленно и мощно, все больше и больше расширяя поляну, которая снилась Кейну. Когда диаметр "поляны" достиг нескольких миль, деревья остановились, и из леса начали выходить дендроиды - удивительные существа, древесные стволы, превращенные в некое подобие тел, медлительные, могучие и смертельно опасные. Они выстраивались ровными шеренгами, молниеносно пуская корни и прочно закрепляясь на месте.

Земля вокруг звена Эльтана зашевелилась, длинные зеленые побеги, стремительно вытягиваясь, в несколько секунд закрыли шестерых эльфов от посторонних глаз. Тоненькие ростки протянулись от земли к лукам снайперов и проросли в полированное дерево. Эльтан, почувствовал, что его лук ожил, стал частью великого леса, что само Великое Древо будет направлять его руку.

Вспышки яркого золотистого сияния и фонтаны искр, сообщили о том, что появились единороги. На поляне стояло около трех десятков этих великолепных созданий, они излучали золотой свет, они были величественны, грациозны и непостижимо прекрасны. Эльтан никогда их раньше не видел, они вызвали у него ощущение неземного восторга и нереальности происходящего. И еще он не понимал, чего они ждут. Им сказали только смотреть и не стрелять, не смотря ни на что. Это было в высшей степени странно, но приказы не обсуждают.

А в центре поляны пять камней Силы начали светиться золотистым светом, на их серой, шершавой поверхности проступили странные символы, между соседними камнями замелькали молнии, и над всей огромной поляной возникли призрачные контуры огромного дерева.

И вдруг что-то случилось. Эльтан сразу не понял что именно, сотни дендроидов мешали все рассмотреть, но было ясно, что там, на другой стороне зеленого поля происходит что-то страшное. Сначала Эльтан услышал что-то невероятное. А потом увидел.

Десяток дендроидов, стоявших с внутренней стороны взорвались тысячами щепок, ветвей и листьев. В образовавшуюся дыру, сквозь которую теперь были видны сотни разорванных древесных стволов, ворвалось нечто, похожее на темну полосу размытых силуэтов какого-то чудовища. Оно со скоростью молнии металось по поляне, возникая в разных местах без всякого перехода, настолько быстро, что казалось, оно находится в нескольких местах сразу. Все, что попадалось на его пути, разлеталось в брызгах щепок, золотых искр и крови. Вот перестало существовать звено Мариэля, капитана снайперов, вот три единорога были разорваны на куски настолько быстро, что продолжали бежать, еще не почувствовав, что у них больше нет ног.

На глазах Эльтана гибли те, кого он считал непобедимыми, гибли сотнями, не причиняя никакого вреда чудовищу. Он до боли в пальцах сжал свой лук. Он не хотел на это смотреть.

В этот момент одна из призрачных ветвей Великого Древа опустилась, сотни зеленых молний сорвались с ее листьев и пали на приличный участок земли, накрыв демона, несколько дендроидов и троих снайперов. Живые деревья и эльфы вспыхнули изнутри зеленым огнем и исчезли, а демон, в которого попало большинство молний, зарычал так, что у всех заложило уши. Он поднял шипастый хвост и, из-за собственного хребта, словно скорпион, махнул им в сторону Великого Древа. Сорвавшаяся с хвоста полоса черного дыма насквозь пробила ствол Великого Древа, послышался странный воющий треск, и призрак Хранителя Леса заколебался и исчез, а демон метнулся к кругу камней, к стоящему в его центре Аэлверинаэлю. И когда огромные когти почти коснулись тела мага, а демон оказался в средине каменного кольца, Аэлверинаэль исчез. Демон стремительно развернулся, рванулся вперед, но было поздно.

За несколько мгновений до этого в головах у сотни снайперов, разбросанных по полю под прикрытием Великого Древа, прогремел приказ. И когда исчез маг, сотня стрел, каждая из которых оставляла за собой полосу белого пламени понеслась к каменному кольцу.

Кейн стремительно обернулся. Он ожидал чего-то подобного. Камни притупили его чутье, он не заметил ауру возможной смерти вокруг этого места. И когда сотня пылающих стрел навылет пробила его тело, он закричал. Магия стрел продолжала жечь его изнутри, разрушая саму его сущность. Он кричал так, что эльфы падали на землю и зажимали уши руками, четыре выживших единорога исчезли во вспышках света; над каменным кольцом завихрился смерч, уходящий высоко в небо, крутящийся столб черного дыма, пронизанный разрядами молний. Постепенно он становился все меньше и меньше, а вой стихал.

Аэлверинаэль видел, как бешено мечется что-то в ловушке камней, как скручивается пространство вокруг тысяч каналов силы, подпитывающих демона. В какой-то момент один из пяти камней взорвался, брызги расплавленного камня сыпанули во все стороны, демон снова взревел, и продолжил бороться.

- О Боги, он освободится!!! Мы не сможем удержать его! - Простонал маг.

И тут произошло то, что очень его удивило: одна стрела, оставляя сияющий шлейф, метнулась к каменному кольцу, вспышка света ослепила всех, а потом, когда снова все стали видеть, в каменном кольце стоял не демон, а высокий мужчина, в черном дорожном костюме. Его волосы были словно отрублены мечом на уровне плеч, а глаза закрыты. Он стоял и не шевелился.

И было тихо. Ни звука.

Сначала все молчали. Аэлверинаэль боялся что-то сказать, он все еще не верил в то, что им удалось невозможное.

- Эй! Что это за человек? - Раздался чей-то крик. - Это он был тем чудовищем?

- Не знаю! Подойди и спроси! - Ответил дрожащий голос.

Кто-то из снайперов не выдержал и выстрелил. Стрела, прошелестев по воздуху, уже не оставляя огненного следа вонзилась в грудь стоящего человека, пробила ее насквозь и вышла из спины. Еще несколько стрел пробили ногу, живот и горло.

Человек сначала стоял, затем медленно, как будто погружаясь под воду, он опустился на колени, очередная стрела, попавшая в лоб, опрокинула его на спину. Он так и не открыл глаз.

Эльфы, кентавры и маги начали сходится. Кольцо медленно сжималось, Эльтан шел за спиной Аэлверинаэля, медленно и осторожно, не спуская глаз с лежащей фигуры.

Маг подошел к одному из камней. Тот был оплавлен, покрыт копотью и глубокими следами когтей. До поверженного оставалось несколько шагов, когда Аэлверинаэль с ужасом увидел то, чего раньше не было: Стиратель улыбался, жестоко и зловеще.

- Бегите!!! - Закричал маг, и начал заклинание. Но было поздно.

Не обращая внимания на десяток пробивших его стрел, Кейн сел, повернул голову с торчавшей в ней стрелой, к Аэлверинаэлю.

- Я пришел за тобой. - Сказал он и открыл глаза.

Маг задохнулся от ужаса, когда увидел его глаза. Он почувствовал, как его разум и душу засасывают два спиральных водоворота тьмы в глазах Кейна.

А потом оставшиеся четыре камня взорвались, раскаленные осколки брызнули в разные стороны, превращая столпившихся вокруг в куски разорванного мяса. Эльтан видел, как Владыка Аэлверинаэль, разрубленный почти пополам длинным куском камня летит на него, снайпер рухнул под тяжестью трупа, а над ними свистела смерть. Потом все стихло.

Выбравшись из-под разваливающегося мага, Эльтан осмотрелся. Вокруг была смерть. И больше ничего. Только далеко впереди, у кромки отодвинутого ночью леса, маячили какие-то фигуры.

- На твоем месте, я делал бы отсюда ноги, приятель. - Сказал кто-то за его спиной.

Эльтан развернулся на месте и встретился глазами с угасающим взглядом Кейна. В глубине его глаз проступала боль, из пробитых стрелами дыр начинала сочиться кровь. Эльф зарычал, выхватил меч, и прыгнул вперед. Между ними было больше десяти метров, и именно это его и спасло. В том месте, где лежал Кейн, выворачивая землю и камни, взметнулся столб пламени, тело Кейна превратилось в пепел в первое же мгновение. Эльтан не успел понять, что случилось, просто что-то маленькое, но очень быстрое ударило его в лицо, в глазах потемнело и он потерял сознание.


7

- Ваше величество, атаки гоблинов участились на семьдесят процентов. Это необходимо пресечь. Что еще возмутительнее, эльфы тоже оказались под ударом. Вчера мы получили предложение о заключении военного пакта о ненападении и взаимопомощи. Мы готовы развивать это сотрудничество, но если ее величество прикажет... - Герцог тактично замолчал.

- Нет, лорд Карвен. Я понимаю. Гоблины совсем озверели. Им нужно преподать урок или уничтожить раз и навсегда! Делайте то, что необходимо. - И королева Катерина Грифонхарт встала с трона, давая тем самым понять, что Совет Лордов окончен.

Лорд Карвен, герцог Эратийский, вытер взмокший лоб платком и торжествующе улыбнулся. Он добился своего, а значит, все идет именно так, как и должно быть.

Восстановлено по базе «старого» Ролемансера, предоставленной FatCat.
© 2018–2019